Женщины, которые меня… научили готовить

Когда ты выбросил меня на улицу, только она оказалась рядом. Только ей я оказалась нужна безо всяких условий.

– Да, конечно, она так и побирается по помойкам – авось кто-то пиццу недоеденную выбросит.

– Мерзавец! – Марина вскочила. – Я хочу уехать домой.

– Вали. – Я успокоился и отвернулся к окну. Дедушки вымеряли расстояния между своими шарами. – До аэропорта идет автобус.

– Помоги мне купить билет.

– Ага, сейчас, – усмехнулся я, – таблеток от критических дней наглотаюсь и помогу. Если еще что-то надо – говори.

– Какой же ты… – Марина вскочила и ушла в спальню.

– Ты уже говорила – мерзавец, – крикнул я вслед. – Не повторяйся.

Я задумался. Предстоящая неделя выглядела не очень обнадеживающе. Сегодня вечером ужин, завтра переезд в Канны, ресторан Astoux et Brun, знаменитый своими устрицами, потом – Антиб и отель-ресторан «Мишель» с рекомендациями от моего французского друга Жан-Пьера. Потом два дня в Марселе с роскошными Le Petite Nice, потом Монако и последняя ночь перед возвращением в Ницце.

Все это теперь, судя по всему, придётся испытывать самому.

Через некоторое время Марина вышла из спальни с пакетом.

– Проводи меня, пожалуйста, на пляж. Я хочу позагорать.

Я на секунду задумался. Послать ее? И потом бегать по городу в поисках истерички-дезадаптантки? Так себе перспектива.

– Надеюсь, у тебя не скрутит там живот? Там платный туалет.

– Спасибо за заботу. – Она была спокойна и уверенна. – Ты проводишь, или мне идти самой?

Ведь она прекрасно меня знает и пользуется этим.

Я встал и пошел к двери.

– У нас ужин в семь вечера. Если не успеешь, я пойду один.

– Хорошо, – сказала она, – мне сейчас лучше вообще не есть ничего.

– Ах да, у тебя же адские боли. До коликов. От смеха.

Это было низко и пошло. Но я не удержался. Мне показалось, что раз уж маски сброшены, задумываться о благородстве было неуместно. Выйдя на улицу, мы направились к набережной. Легкий бриз с моря усиливал и без того сильное впечатление от прогулки по Английской набережной.

Знаменитый «Негреско», в котором я намеревался выпить чашку кофе или даже бокал шампанского, остался позади. Мы молча шли вдоль муниципальных пляжей, на которых, словно в Сочи, лежали на гальке любители бесплатных удовольствий.

– Ты будешь загорать здесь? – Я знал о наличии платных пляжей, но хотел, чтобы Марина понимала, что независимость требует жертв, пусть даже финансовых. – Тут бесплатно, но нет ни душа, ни раздевалок.