В ореоле тьмы

Родители воспитывали меня с заботой и вниманием. У меня всегда было все, что мне нужно, и даже больше. Я никогда не чувствовала нехватку чего-либо. Но в тот момент на меня снизошло: Тео – парень моей сестры Клэр. Сестры, которая меня ненавидела. Сестры, которую я боялась, и иногда задумывалась, люблю ли ее по-настоящему или же это привычка – испытывать связь с кем-то, кто является родным по крови. Я стояла и смотрела на пустую лестницу, по которой минуту назад Тео побежал вслед за Клэр. И не могла понять… почему она, почему он выбрал ее.

– Детка, садись, – позвала меня мами.

Я моргнула несколько раз и на ватных ногах прошла к столу. Горький вкус ревности разлился по всему телу. Но я душила его и не позволяла ему взять верх. Понимала, что это опасная эмоция.

Они спустились через пять минут. Он поддерживал ее и что-то шептал ей на ухо. Я отвернулась. Опустила взгляд на тарелку перед собой и считала количество елочных игрушек, нарисованных на ней. Стул рядом со мной отодвинули, и Тео шепнул мне на ухо:

– Спасибо, что сохранила нам местечки.

– Угу, – промямлила я.

На стол принесли печеную утку в вине с овощами.

– Будешь? – спросил он.

– Да, пожалуйста, – отозвалась я.

Клэр словно воды в рот набрала – не произносила ни слова. Тео молча накладывал ей еду на тарелку. Она даже не благодарила его. Вяло размазывала содержимое тарелки вилкой, упершись взглядом в нее.

– Сок? – учтиво поинтересовался у меня Тео.

Мне стало его жалко. Было видно, что он переживает за Клэр.

– Да, конечно, – кивнув, ответила я.

Он налил мне сок, себе вино.

– Спасибо, Тео, – поблагодарила я.

– Не за что, ребенок. Как, кстати, твоя школа?

– Порой скучно, порой весело… – честно ответила я.

– А друзья появились?

Я замолчала. Друзей практически не было. Кроме Габриэля.

– Есть Габриэль, мы с ним дружим с самого детства. С девочками у меня не получается… – призналась я. – Они слишком сложные.

Тео хмыкнул и отпил вина.

– Да, согласен… вы чертовски сложные.

Я ничего не ответила на это, молча продолжала есть свой ужин. Не хотелось говорить о школе и о моем неумении общаться с ровесницами. Я не была забитой тихоней. Но у меня было мало общего с обычными девочками. В этом и заключалась проблема коммуникации. Я никогда не знала, что делать и как себя вести в их окружении. Легче было слиться со стенами и не привлекать внимания. Но с Тео общение развивалось само собой.