Валентин

Я выпускаю ее из объятий и вижу облегчение в ее взгляде, однако не упускаю и того факта, что она не торопится отходить. Полин будто наслаждается последними мгновениями рядом со мной.

– Могу я оставить тебе свой номер? – все-таки спрашиваю я, так как знаю, что возненавижу себя, если так просто ее отпущу. Надеюсь, завтра утром она вспомнит, что я не был частью сна.

– Ты можешь делать все, что тебе вздумается, – тянет она и наконец смотрит мне в лицо. В ее зеленых глазах читается вызов. – Но зачем?

Если бы взгляд мог убивать, я бы уже валялся на асфальте, обескровленный и холодный.

– Вдруг захочешь позвонить? – Я одариваю ее своей лучшей улыбкой. Не уверен, что это сработает, но попробовать стоит.

Полин опускает голову, будто прячется от меня и не хочет выдать своих истинных эмоций. Я чувствую, как внутри нее идет борьба.

– В твоих мечтах, – наконец находит она ответ, и ее губы расползаются в дразнящей усмешке. Наигранно.

– Да, – соглашаюсь я. – В моих самых сокровенных мечтах.

Достаю из кармана джинсов ручку-маркер, постоянную свою спутницу, с тех пор как я начал писать тексты песен. Ловлю ее за руку и, приподняв рукав пиджака, чуть выше запястья записываю свой номер.

– Плюс семь? – с любопытством поглядывая на цифры, спрашивает она.

– Русский номер, но не переживай, роуминг включен. И на нем же WhatsApp.

– А со старым номером что?

– Остался в прошлом… как и многое другое, – произношу я и смотрю ей в глаза.

Полин всегда умела читать между строк.

– Я бы сказала, что была рада с тобой повидаться, но врать нехорошо, – бросает она и отходит от меня.

Пустота ощущается слишком резко, слишком пронзительно. Все мое существо противится ее уходу.

– И БОЛЬШЕ МНЕ НЕ СНИСЬ! – приказным тоном восклицает Полин и ноет: – Ну сколько можно? Третий раз за неделю.

А я еле подавляю улыбку:

– Третий раз?

– Именно. Ты меня замучил!

– Тогда буду ждать звонка. – Смешок все-таки слетает с моих губ.

– И не надейся, – с ухмылкой заявляет она и быстрым шагом удаляется вверх по улице.

Я смотрю, как она направляется к дому. Ее слегка клонит в правую сторону. Интересно, сколько выпила эта сумасбродная мадемуазель? Вот чертовка! В первый же день свалилась мне на голову.

Сломать стену, которую она возвела между нами, будет очень сложно. Но ведь и мне спешить некуда. Это в тот Хеллоуин я был связан обязательствами по контракту и должен был уехать.