Ты не заставишь меня

А когда вернулась, его давно не было дома.

– Где это происходило? – задал полицейский идиотский вопрос.

– Дома.

– Где вы жили в последнее время, после того как ваш дом сгорел?

– Сгорел? – не поняла я.

– В вашем доме произошел пожар ровно неделю назад, – терпеливо пояснил полицейский. – Так в каком именно доме вы виделись с вашим отцом? Он до сих пор там?

– Как сгорел? – смогла я вымолвить, и растерянно оглядела мужчин. – Я не понимаю, о чем вы.

Я же помню, как вышла на кухню, а там папа.

Взглянул на меня мимолетно, мне даже показалось, что с одобрением, и я убежала на учебу. Вернулась, села делать… эссе, кажется. Гору информации перелопатила, и, наконец, написала. Пошла в душ, а после легла спать.

А затем стекла, лед, вода и холод. Больница и полиция.

– Вы отказываетесь говорить? – жестко спросил мужчина.

– Я просто не понимаю, что вы хотите! – я застонала от судороги, мышцы с каждой секундой болят все сильнее, и сильнее. – Папа не мог исчезнуть.

Может, по делам уехал. Он скоро вернется, никогда он не докладывал мне о своей работе. Вы спросили, и я ответила!

– Тише, тише, – засуетился врач, и неодобрительно взглянул на полицейских. – Девушка не лжет, она пока не в себе. Вам стоит уйти, вы мешаете процессу восстановления.

– Мы еще вернемся! – заявил полицейский, резко встал, и кивнул своему молчаливому товарищу с блокнотом. Оба они вышли, врач начал что-то спрашивать, но я устало закрыла глаза, проваливаясь в мутный сон, полный черно-синей воды.

В следующий раз я проснулась, когда за окном было уже темно, как и в самой палате. Мне снова долго пришлось вспоминать, где я нахожусь, и с этим я справилась. Но в памяти всплыл и разговор с полицейскими.

Папа пропал.

Дом сгорел.

Это правда, или это мне тоже приснилось?!

Раздался тихий скрип, дверь палаты отворилась, впустив мимолетный свет из коридора. Но свет пропал, впустив высокого, массивного мужчину, медленно, но неотвратимо идущего ко мне.

Сначала я испугалась, сердце забилось в моей груди, как птица в клетке от зловещей фигуры, но чем ближе мужчина приближался, тем больше приходило узнавание, пока я не увидела его лицо.

– Демьян, – выдохнула я. – Ты?

Глава 2

ДЕМЬЯН

К ней не пускали весь день. А когда я растолкал врачей и рванул по коридору – меня скрутили санитары.

Вкололи успокоительное.

Они бы со мной не справились, не будь я так слаб.