Двойная звезда. Том 1

Если верить записям, талантливый и старательный юноша полных шестнадцати лет, закончивший с отличием предыдущие четыре курса. Не верить оснований у Грегора не было: Эддерли – старый род с такой же старой магией, некромантия у них в крови. Кроме того, когда твой учитель поручает тебе собственного сына, это… пожалуй, льстит.

За юным Эддерли в списке шли адепт Донелли – третий курс, выраженная склонность к проклятиям, адепт Морстен – пятый курс, прекрасный резерв и личная рекомендация мэтра Денвера, адепт Аранвен – шестой… Аранвен? Сын канцлера Ангуса Аранвена или какая-то боковая ветвь? Этот вопрос он задал секретарю и получил сухое учтивое подтверждение, что адепт Дарра Аранвен в самом деле является наследником рода Аранвенов.

Одиннадцать имен в списке были мужскими. Двенадцатой значилась адептка Ревенгар, первый курс. Единственная девица. И самая младшая.

– …Ревенгар? – раздался за дверью взбудораженный мальчишеский голос.

Грегор отодвинул список, прикрыл глаза и с силой потер невесть с чего заломившие виски. А ведь он еще не приступил к работе – но свою головную боль уже знает по имени совершенно точно! Что эта девчонка еще натворила?

И почему, интересно, адепты позволяют себе орать под дверью секретаря?

– Ну да, – подтвердил за дверью второй голос, чрезвычайно довольный и уверенный. – Во-о-от такенный скелет! Зубищи – во! Хочешь, спроси сам, она сейчас у целителей…

«Умертвие! Надо было его все-таки упокоить… – мелькнула бессвязная мысль, тут же сменившаяся кристально-ясной: – Узнаю, что с Ревенгар, и упокою!»

– Мэтр Бастельеро? – удивленно окликнул секретарь.

– Потом! – бросил Грегор.

До планов ли тут, когда прямо у него под носом умертвие напало на адептку! Да магистр Эддерли его самого упокоит! Убьет, поднимет и упокоит – и будет, пожалуй, прав!

Стоявшие под дверью юнцы, лет тринадцати-пятнадцати, не старше, шарахнулись в стороны, пропуская Грегора.

* * *

– Адептка Ревенгар, – выдохнул он, распахнув дверь мэтра Бреннана. – Жива?

Мэтр Бреннан, мирно сидевший за столом с чашкой пахнущего на всю комнату приправами шамьета, поперхнулся.

– Дорогой Грегор, – хрипло проговорил он, поспешно поставив чашку на стол и откашлявшись.