Ваша справедливость мертва

Тёмные волосы на голове стали шерстью, и такой же шерстью обросли шея и могучее туловище.

– Бить его! – раздался истошный вопль. – Бить, скорее!

Но ни один человек не осмеливался близко подойти к нечисти. Всех сковал священный страх.

– Служители Кэаль! – А это был призыв к застывшим, словно опутанным чарами феям. – Спасайте!

Суетясь и толкаясь, посетители таверны кинулись к выходу; овладев собой, Лэннери схватил палочку:

– Вон! Все вон!

Он видел, как Мэйсин и её парни жмутся к стене, держа в руках бесполезные ножи, слышал за спиной рыдания помощницы Жёлтого Уса.

Нечисть, вселившаяся в тело коротышки, вскочила, стряхнув лохмотья одежды на пол. С рёвом потрясла ногой, избавляясь от продранного башмака. Подняла огромную голову и упёрлась ею в потолок, сверкая выпученными, как у змеи, глазами и выставив вперёд клыки, достойные легендарного геариса.

– Кай-су! – пролетело мимо Лэннери заклинание Ретане. Однако нечисть с неожиданным для такой туши проворством увернулась.

Лэннери не стал церемониться:

– Пер-кусса!

Его голос слился с восклицанием Беатии; чудовище отпрыгнуло, а затем схватило скамью и швырнуло в фей. Торнстед перехватил её своими могучими руками, пока Лэннери, Беатия и Ретане забрасывали врага лучами и заклинаниями. Тот увернулся раз, другой – и прыгнул, только не на фей, а на зазевавшегося парня из компании Мэйсин. Схватил его, как куклу, вбил головой в стену, затем отбросил обмякшее тело и издал звук, похожий на довольное мурлыканье.

– Стойте! – заорал Лэннери, когда ещё двое с ножами кинулись на чудовище. – Это не срабо…

Он не успел закончить фразу. Остриё ножа ткнулось в грудь нечисти, как в кору тысячелетнего дуба. Чудовище издало неприятный скрежещущий звук и ударом огромного кулака отправило противника в полёт. Беатия выругалась:

– Тхагасса!

И спустя миг Лэннери понял, в чём дело: перед ними золотистой молнией пролетела Ретане, мешая прицелиться. Фея успела уменьшиться и теперь с палочкой в руке парила перед испуганной Мэйсин.

Оберегала от чудовища!

Лэннери наконец-то смог выстрелить – и попал! Белый луч прошёл сквозь волосатую лапу, пробив в ней дыру. Хлынула кровь, чудовище взревело и, пнув второго парня с ножом, бросилось на фей.

– Эй! – Торнстед подхватил кубок, который Ретане так и не осушила, и плеснул кохлем прямо в глаза чудовищу. Скрежет был такой, словно металлом провели по стеклу.