Пешки против игроков

И неприятный, скользкий звук… будто драчуна как следует шлёпнули одним из тех языков.

Драться пешкам нельзя. Второе предупреждение.

Мне стало страшно и в то же время любопытно, что последует за вторым предупреждением – третье или наказание? Но пешки замолчали, почти одновременно опустили головы и принялись рассматривать свои чёрные туфли.

Напоследок раздалось ещё одно сообщение:

Идите в комнаты. Сидите там. Бесцельно ходить туда-сюда запрещается.

Голос умолк. Двери комнат стали закрываться – все, кроме моей.

Цветы в коридоре повернулись, красноречиво взглянули на меня – мол, и ты иди обратно. Я аккуратно притворила дверь, встала спиной к ней и задумалась. Значит, обойти Башню, заглядывая в каждый уголок, не получится – запрет! Жаль.

«Ты что делаешь?» – спросил Кувшиночник, когда мне сделалось скучно и я пододвинула стул к стене. Я не ответила и взобралась на него, а затем выглянула в окно, как раз между мясистых листьев Кувшиночника. Заодно отметила, что у него не было запаха, в отличие от остальных цветов.

Внизу клубился сплошной туман – ничего не видно. Я ощутила разочарование, но всё ещё упрямо смотрела вдаль, надеясь обнаружить что-то интересное.

«Это бесполезно, – вмешался в мои мысли голос Кувшиночника. – Вот когда взлетим повыше, и пока не стемнело, я покажу тебе огромных птиц рукха. Только в окно не высовывайся – схватят, унесут и сожрут! Бывали такие случаи… Поняла, пешка?»

«А откуда ты знаешь, что именно сожрут? – Мне начали надоедать все эти запреты.

 – Вам что, рукха потом обглоданные кости показывали?»

Кувшиночник, пожалуй, растерялся и несколько мгновений молчал, подрагивая листьями, затем уверенно заявил:

«Так говорится в истории нашего мира, а значит, это правда. Тебе придётся верить тому, что тебе рассказывают, чёрная пешка».

Я поразмыслила и согласилась с ним.

«Только вот что. Перестань называть меня пешкой. Мне это не нравится», – я задумалась. Надо придумать себе имя – чем я хуже цветка?

«А как тебя называть?» – Кувшиночник покачал своей фиолетовой головкой.

Мол, чёрная пешка и чёрная пешка, вот и всё! Глядя на него, только сильнее захотелось сделать по-своему.

Я подумала ещё, и в уме сложилось вполне благозвучное имя. Набравшись смелости, я назвала его так, чтобы цветок услышал:

«Ферджина. Называй меня Ферджина».

Глава 2

Мне снились рукха – огромные, с серебристыми перьями, они носились по грозовому небу, уклоняясь от синих молний.