Крылья рух

Да он же дэйя, в конце концов! Дэйя не могут умирать так просто, как обыкновенные люди!

– Гедэй, – она посмотрела на лекаря, и тот встрепенулся, пробормотал: «Служить, верно служить…»

– Именно, – Мэриэн не отрывала от него глаз. – Я от тебя слышала, что ты любую хворь вылечишь. Любую! Поставь барона Лойса на ноги. Понял?

Гедэй засуетился, закивал:

– Да. Да, поставить. Вылечить.

– Ваша Светлость, – Арна коснулась руки Мэриэн, – он сделает, что может. Вы только его не казните… ладно?

Похоже, Лойс совсем плох – и при мысли об этом сердце у Мэриэн упало.

– Казнить? – Она криво улыбнулась. – Когда у тебя в отряде один-единственный лекарь, казнь – это большая роскошь!

Утро выдалось ясное, и в другое время Мэриэн, наверное, порадовалась бы новому дню и послушала, как птицы заливаются в лесу. Но сейчас она смотрела на освещённые розовым светом Драконьи горы, которые были совсем близко, с тупой болью в сердце.

– Может, ему так лучше, – хрипловато прозвучал голос Арны.

– Лучше?

– Лойс так горевал, когда Юэна не стало. И баронскому титулу не радовался, и новым землям. Стал тенью самого себя.

А она ведь правильно говорила, подумала Мэриэн. В последнее время Лойс действительно изменился. И как-то странно поглядывал на неё, Мэриэн – словно ему хотелось что-то сказать, но он не мог. Откладывал на будущее. Теперь, конечно, и вовсе не узнаешь.

– Похороним его и двинемся дальше, – Мэриэн отвернулась и пошла в лагерь. Арна, кряхтя, последовала за ней.

К счастью, неведомая хворь больше никого не погубила – может, благодаря тому, что Гедэй торжественно раздал всем снадобье. Мэриэн повертела в руках бутылочку, наполненную чем-то серым и неаппетитным, и вспомнила, что смесь в плошке показалась ей зеленоватой. Должно быть, Гедэй что-то добавил…

– Ваша Светлость! – К ней бежал высокий гафарсиец с пепельно-коричневыми усами.

Мэриэн ругнулась – она нюхом чуяла неприятности, и, конечно, это оказался вовсе не отряд благородных рыцарей, а какая-то шайка оборванцев. Они торжественно встали перед лагерем, вперёд выехал предводитель с лицом цвета осенней листвы, весь в морщинах, как будто его хорошенько пожевали и выплюнули, и объявил:

– Моё имя – Меригардо Гроза Путников.

Мэриэн закатила глаза, пряча бутылочку за пазуху.