Ход Волшебницы

Но сколько ни всматривалась, ничего подозрительного так и не увидела. Только глаза заболели от напряжения. Я прошлась туда и сюда по огромной поляне, вдохнула сладкий воздух полной грудью… и сама не поняла, как очутилась на траве. Невыносимо хотелось спать. Я поймала себя на том, что давно не спала; хорошо было Правителям – сиди в уютном шатре, спи на троне, сколько тебе заблагорассудится… Веки начали смыкаться, а пальцы, державшие жезл, ослабели – вот-вот он выскользнет на траву. Перед глазами возникла пелена, уши как будто заткнули кусочками чего-то тёплого и мягкого.

Я слышала звуки и смутно видела приближение кого-то, но так не хотелось вставать…

– Отдыхай, юная Волшебница, – голос, произносивший эти слова, нежным ручейком лился в мои уши. – Всё будет хорошо… Всё будет просто замечательно… Спи.

Я легла и, удивляясь, почему травинки не колют щёки, а ласкают их своей шелковистостью, закрыла глаза.

Глава 2

Я видела лестницу, сотворённую из золотого света – видимо, чьей-то молитвой.

Безумно хотелось поскорее взобраться по ней, потому что нижние ступеньки пропадали одна за другой, и я боялась не успеть. Упасть в Бездну.

Меня поддержала чья-то рука, и стало гораздо легче идти. Я покосилась на нежданного помощника, и, к своему удивлению, узнала в нём Носатого.

…Все видения рассеялись, и я открыла глаза. Моргнула, огляделась, пытаясь пошевелиться. Бесполезно – руки и ноги были опутаны липкой, холодной, прозрачно-белой слизью. И меня как будто засунули в гигантский пузырь из этой слизи.

Жезл, вспомнила я, и меня обдало волной страха. Неужели потерялся?! Или, быть может, его забрала неведомая тварь, заточившая меня в этот пузырь?

Хоть кристалл был на месте! Он тоже запачкался в слизи, но не так сильно, чтобы в нём нельзя было ничего увидеть. Я посмотрела на кристалл и сосредоточилась. Тот слабо засветился и показал чудище… с моим жезлом в руках.

Я едва не вскрикнула от злости и желания разорвать эту тварь на части! Она выглядела омерзительно – короткопалое морщинистое тельце с огромной головой и тремя круглыми выпуклыми глазами, причём один – на лбу.

Вместо носа были две дырки, а губы – синие, толстые. На шее у чудища висело нечто вроде ожерелья из лесных ягод. Я такое видела в первый раз и засмотрелась – пока холод, исходивший от моего пузыря, не напомнил о том, что надо как-то выбираться отсюда.

Чудище что-то бормотало нежным, совершенно неподходящим ему голоском и любовно поглаживало жезл.