Сказание о дымке

Монах, каких нарвать мне трав, чтоб вновь переродиться

В таких местах, прекрасных, где бессмертье обретая,

Найти способен я чертог души для вдохновенья,

Веслом чтоб правя, мог я плыть в небесные те дали,

Где в музыке под струны циня я найду забвенье

И отдых, удалиться чтобы от земной печали.

Удить в реке чтоб рыбу, попивать вино, хмельное,

Когда вокруг так тихо и светло, подобно раю,

На берегу оставить чёлн, спросить у водопоя,

Найти как Село Персиковое (1), где жить желаю».

Когда последнюю строку писал, то огляделся,

Как будто бы смущённо ещё что-то ожидая,

Тут камень расступился в скале и, вход открывая,

Как будто предлагал войти, чтоб он в лучах погрелся,

Которые из входа, как от солнца, пробивались.

Он приподнял полы одежды и вошёл поспешно,

И вход закрылся, оказался он во тьме, кромешной,

Как в пропасти, бездонной, искорки не загорались.

Уверясь в сердце, что он не жилец на этом свете,

Провёл рукой по камню, замшелому, обнаружив

Расщелину, широкую, что становилась уже,

Когда он шёл по ней и видел тень на парапете.

Расщелина, как козьи там кишки вся извивалась,

Казалось, что спустившись, он идёт в подземном мире,

Потом почувствовал он, как пещера поднималась,

И с каждым шагом становилась всё просторней, шире.

Когда добрался до вершины, небо вдруг открылось,

Было прозрачным светлым, и дворцы кругом стояли,

Куда ни глянь, зари свеченье всюду находилось,

И голубые облака все бликами играли.

Цветы, диковинные, чудо-травы распускались

У врат дворцов повсюду, в крытых галереях.

Ти-кан решил, святым и божествам здесь поклонялись,

Не храмы если это, то обитель благодеев,

Которые от мира в горы Цзоу ( 2) удалились.

Иль, может, это было Персиковое Селенье.

Но вдруг услышал рядом женских голосов он пенье,

И две красавицы-девицы рядом появились.

Одна другой сказала: «Вот и муж наш появился»!

И с вестью поспешили во дворец, вскоре вернулись,

Сказав: «Вас Госпожа ждёт». Ди Ти-кан им поклонился,

Пошёл за ними следом, те у входа обернулись,

И улыбнулись, показав на надпись на воротах,

А там стояло: «Терем Сверкающего Нефрита», -

Доска из букв с изящною резьбой на отворотах,

«Рубиновый Чертог» – висел чуть ниже из гранита.