Краб. Арена

Тогда как менее вооружённые и гораздо медленне по ТТХ противники, делают Серпы, потому что у пилота мозги из ушей не вытекают.

Но у раков мозги… хотя могут и в ушах быть, но точно не вытекут. В общем, довольный торгаш впарил мне нелеквид, довольный я получил охеренные самолёты.

А вот зенитки, после обсуждения, решили не покупать. Противоракетные лучевые комплексы – да, а вот разгонники, как ПВО, лазеры в атмосфере делали. Так что работы на перелёт дохрена, всем.

– И Лори, надо бы смесь для резаков поменять, – выдал я.

– Поменяю, – согласно кивнула Лори. – А зачем?

– Как зачем, блин! Кислород… стоп, окислитель в баллонах, – дошло до меня.

– Да, это во фтористой атмосфере… хотя там работать на Досах вряд ли получится, – задумалась механик. – Но если фторопласты и нержавейка…

– Нахер, не хочу работать во фтористой атмосфере!

– И не надо, – одобрила механик.

В остальном же валандался с Лори с Серпами, клепал разгонники, для них и зенитных самоходок, в общем занят был.

И только Лиса оказалась не при делах, что сама же исправила, занявшись ревизией и описью имущества.

– Так вы не шутили! – заявила девица, вваливаясь в закрытую мастерскую.

– М-м-м? – весьма информативно полюбопытствовал я.

Колдунство творить – не мешки ворочать, отвлекаться не стоит.

– Ну… я думала, что когда про волшебство говорили – шутка, – потыкала она в самоорганизовывающийся кусок металла.

Точнее он мной организовывался, но этого нихрена не видно, так что “само”.

– Не шутка, десять минут.

– Хорошо, – кивнула Лиса, пристроившись в сторонке.

– В общем, колдунствую. Да, как в сказке. Но не сказочно, с Лори или Дживсом поговори, они лучше объяснят, – выдал я, закончив формировать разгонник.

– А научится можно?

– Вроде бы нет, у меня орган специальный…

– Ну ты и шовинист, Ан… – округлила глаза Лиса.

– Да блин, не этот! – выдал я, проржавшись.

Просто, учитывая размеры того же Кистеня, картина, как я творю его, околачивая хером…

– Эфирный. Я реально плохо объясню, это аномальное строение мозга. Вроде бы редкость большая, врождённая.

– Ан, а ты человек?

– Почеловечнее многих! – честно признался я.

– Ну ладно, поспрашиваю, – с некоторым подозрением взглянула на меня подруга, покидая мастерскую.