Предновогодние хлопоты IV

Выпив, закусывать не стал, вытер ладонью выступившую на лбу испарину, и опять засунул ладони между колен. Антон ткнул вилкой в банку со шпротами, есть не стал, усмехаясь, буркнул:

– Братская могила из шпрот. А мы пацанов в фольгу заматывали. «Чехи» хитрожопые, «наливники» подбивали. Там речка огненная текла, ребята сгорели многие. Они какие-то вывороченные были, когда мы их паковали, не узнать. Тебе такое и не снилось, Сеня. Выпьем?

Сосед послушно кивнул головой. Антон плеснул водки в стаканы, выпил без слов, долго доставал огурец из банки, достав, захрустел, уставившись на фотографии.

Выпив, сосед спросил:

– Курить можно?

Антон махнул рукой.

– Кури.

Он кинул недоеденный огурец на стол и закурил сам.

– Вы тут жопы просиживали на диванах, водку хлестали у телевизоров да баб трахали, а пацаны гибли там, хрен знает, за что. Э-э-э, да, что там! Тебе же этого не понять! Тебе бухнуть бы и гори оно всё синим пламенем, – пьяно сказал он, запинаясь.

Его сильно развезло. Пепел от сигареты он ронял на стол, недокуренную сигарету затушил рядом с пепельницей.

С жалостью глядя на него, сосед провёл рукой по обмётанным белым налётом губам, с закисками в углах рта.

– Война – войне рознь. Когда враг по твоей земле прёт и ты знаешь, что он твоих родных достанет, никого не пожалеет, сапогами детей растопчет, баб снасилует, тогда и война другая, такие войны оттого и называются народными. А такие войны, когда люди ни за что погибают в чужих краях, только изнуряют мужиков и печалят.

– Да ты я смотрю из говорливых! Тебе-то откуда про войну знать, профессор? – пьяно вскинулся Антон.

Затушив папиросу, сосед тихо сказал:

– Разрешите представиться, прапорщик Советской армии Никитин Семён Степанович, участник одной такой проигранной войны, то бишь, Афганской. Был ранен осколками, парочка сувениров душманских до сих пор в лодыжке сидит, не раз и не два с жизнью прощался, но Бог миловал. Как и ты вернулся домой живым с полными карманами вопросов, таких же, наверное, как у тебя сейчас, и тоже на хрен никому не нужен был.

Жена ушла, отец с матерью умерли, брат в Германию свалил, сестре не до меня было – у неё ребят трое было уже… ну, а у родного государства своих забот море было: перестройка, новое мышление, на горизонте демократия маячила, прихватизация, большевички решали, как это всё обтяпать половчей, мешками для долларов запасались…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».