Перекрестки судеб

Сдвинув на ухо кепку, задумчиво поскребывая ногтями подбородок, стоял – прислонясь к ограде тенистого, поросшего акацией дворика – начальник опергруппы Наум Сергеевич. Он стоял, запрокинув голову, разглядывая вознесшийся над ним ребристый кровельный скат. Из-за этой крыши углом проступала другая – соседняя. А еще дальше виднелась пологая кровля высокого углового восьмиэтажного дома. Поиск шел оттуда; он докатился по гребням и изломам крыш до укромного этого дворика – и пресекся, кончился. Дальше построек не было. За оградой помещалась строительная площадка.

– Куда же он подевался? – медленно процедил Наум Сергеевич. – Исчез – как испарился…

Сотрудники, окружавшие его, помалкивали, курили, переминаясь. Одежда их была истерзана, лица – припорошены пылью. Затем один из них сказал, выплюнув окурок и старательно растирая его каблуком:

– С чердака можно было уйти только этим путем. А тут мы все проверили! Действительно – непонятно… Прямо – Фантомас какой-то!

Вот так у Интеллигента появилось еще одно прозвище: Фантомас.

– Фантомас! – угрюмо усмехнулся Наум Сергеевич. – Н-да… Это, конечно, все объясняет… Вряд ли только наше начальство удовлетворится таким объяснением.

На исходе того же дня – в недрах полтавского угрозыска – беседовали двое.

– Итак, подведем итоги. Что же получается? Ни одна операция, в сущности, к ощутимым результатам не привела…

Говоривший это – парторг управления – умолк, похрипывая одышкой, потер ладонью бритый свой череп.

– Вчера ночью было задержано сколько человек? Двое – если не ошибаюсь?

– Двое, – сказал Наум Сергеевич.

– А всего сколько было в этом их притоне?

– Шестнадцать.

– Ого, – крякнул парторг, – немало.

– Да, конечно. Но все они в принципе здешние, полтавские. У каждого – знакомства, родственники, всяческие связи… Наверняка имеется алиби… Нет, с местными трудно. Для нашего дела никто из них не подходит. Только эти…

– Ну, хорошо. Эти! Ты задержал всего лишь двоих… Но самый-то главный скрылся. Тогда ушел и сегодня – тоже… Из-под самого носа ушел.

– Как-то так получилось… Сам не пойму. – Наум Сергеевич растерянно моргнул, поднял плечи. – Очень уж ловок, видать, подлец! Ребята в шутку его Фантомасом окрестили.

Он ударил правой, стиснутой в кулак, рукою о левую ладонь:

– Ну, ладно… Далеко этот Фантомас все равно теперь не уйдет.

– Да ведь и вообще, если вдуматься, – добавил тут же парторг, – брать его необходимо при всех обстоятельствах.