Жаркое лето месье Пергоко

– Такс, мяу, а сколько будет триста пятьдесят пять и еще тридцать франков, скажи-ка мне, пожалуйста?

– Всего триста восемьдесят пять франков, котик.

Кот удовлетворенно разлегся на скамейке и погладил живот. Над ним в ветвях тополей галдели молодые щеглы и вездесущие воробьи. Кот заговорил, словно запел:

– Да! Хороший день, необычайно удачный. Я бы даже сказал клевый денек. Я только сегодня попробовал заговорить на людях, и вот куча франков в кармане. Академикам такое жалованье и не снилось. Шикарно!

– Ты упомянул семгу, а где же она? – спросила Элери.

– А, эта маленькая рыбка, килограмма два весом, я ее съел утром, отобрал у чайки в порту. Можно было и ее съесть за одним, но эти перья, эти крики. Я вообще не хищник, я больше гуманист и романтик. Вот мышку, например, словлю, съем, а крысу только задавлю. Жуть, какие они вонючие, по помойкам лазают, фу-ф-р.

Если бы Элери не перебила его, кот бы еще минут пять пел о чем-то своем и не очень приятном для девичьего ушка.

– Извини, я не поняла про семгу.

– Конечно не покупал, что ж без гроша купишь, только дырку одну.

Элери вновь рассмеялась, а кот продолжил:

– Я семгу не в свой, а в наш общий с Алексом доход вписал, потому что зарабатываю пока что я один.

– Ну? – Элери развела руками.

– Так вот, а представь, что я эту семгу купил бы себе на завтрак, вот и потратил бы тридцать франков.

– А? Поняла примерно.

– Так что вместе с завтраком я сегодня заработал триста восемьдесят пять франков, – удовлетворенно рыкнул кот.

– А что твой друг Алекс ел на завтрак?

– Эх, му-мя! Да ничего не ел, он работу ищет, сегодня опять ушел. Он мне больше, чем друг, он мой хозяин, считай – отец родной. Он меня еще маленьким котенком в Париже купил, на Монмартре, за сто франков! Вот такие дела, – с гордостью закончил мысль кот.

Элери очень удивилась. Она слушала своего пушистого собеседника, то открывая, то закрывая рот. Все было необычайно интересно и таинственно.

Вдруг сверху, на колени Элери, свалился молоденький щегол.

– Ой, он выпал из гнезда, бедняжка, что же делать?

Она интуитивно прикрыла ладонями птенца.

– Что делать, что делать… – съязвил полосатый. – Можно просто оставить в траве, хотя кошки точно сожрут. Родственники – дикий народ. Пожрать, да поорать на крыше. Что за люди! Тьфу-ты, что за коты! Давай я положу его обратно в гнездо.

Элери не без опаски раскрыла ладони.