Бог и Зло. В еврейском контексте

Мы кратко рассмотрим здесь несколько основных таких теорий.

40.01 Обзор

* * *

Монизм – философский взгляд, считающий, что Вселенная в конечном счете образует гармоничное единство – предлагает теодицею, согласно которой зло только кажется существующим и призналось бы добром, если бы мы могли посмотреть на него в полном космическом контексте: «Всё зло частное, благо – всеобщее».

Теодицея дуализма, с другой стороны, отвергает конечную гармонию, настаивая на том, что добро и зло совершенно непримиримо противостоят друг другу, и что их двойственность может быть преодолена только если одно уничтожает другое.

Под эгидой дуализма возникла зороастрийская концепция космических войн между Ахура Мазда и Ариманом, и концепция царства сатаны, противостоящего царству Божьему.

 Каждая из этих позиций оказала мощное влияние на христианскую мысль.

 В классической традиции гностиков бог зла побеждает бога добра.

Пауль Тиллих попытался предложить более рациональную версию классической обороны «конечное / бесконечное». Его подход включает в себя своего рода пантеизм, в традициях Баруха Спинозы

и Кордоверо.

 Тиллих постулирует единство всех существ: «Только в единстве всех существ во времени и в вечности может быть по-человечески возможный ответ на загадку неравенства».

 Поскольку мои страдания, согласно Тиллиху, в конечном счете, также и ваши страдания, боль распределяется равномерно.

Фома Аквинский утверждал, что если бы Бог создал Вселенную демократически, с равной мерой для всех, то не было бы полноты и стимуляции в творении.

 (Это параллельно элементам теодицей августинцев и Иренаеуса, которые будут описаны ниже). С учетом основной динамики, эта вселенная, соответственно, является «лучшим из всех миров».

 Аквинский согласен с Августином что зло (как физическое, так и моральное) является лишением добра, совершенства. Он полагает, что зло необходимо для того, чтобы многие виды добра могли найти свое выражение. «Если бы не было смерти других животных, не было бы никакой жизни для льва, а если не было никаких преследований со стороны тиранов, то не было бы никакого повода для героических страданий мучеников».