Самое надежное

Самое надежное

Чингиз Акифович Абдуллаев

Дронго #36

…Кто из респектабельных, богатых гостей, съехавшихся со всех концов Европы на изысканное празднество, попытался отравить английского лорда – старого друга агента Дронго? Раньше, чем возникает хотя бы какая-нибудь версия, на уединенной вилле происходит убийство – а за ним и еще одно… Агент Дронго начинает расследование и быстро понимает, что в принципе мотивы совершить покушение были у ВСЕХ присутствовавших, а мотивов для убийств – ЯВНО НИ У КОГО. Однако что-то подсказывает ему: все три преступления дело рук ОДНОГО человека…

«Асеведо нанес ему только один удар ножом – в грудь.

Это было почти инстинктивным движением: пятьдесят лет насилия научили его, что самое легкое и надежное – это убить».

    Хорхе Борхес «Смерть и Буссоль»

Глава первая

Он любил путешествовать. Иногда ему казалось, что эти постоянные разъезды заменяют ему человеческое общение. Конечно, у него была Джил в Италии, у него был друг – Эдгар Вейдеманис, с которым он мог говорить на любые темы.

Но внутреннее одиночество, то самое, которое настигает человека раз в жизни и уже никогда не отпускает, терзало Дронго, не давая ему спокойно сидеть на месте. Полученные им гонорары позволяли путешествовать по всему миру, и он пользовался любой возможностью, чтобы посетить незнакомые места.

На этот раз он прилетел в Грецию, чтобы отправиться на один из островов, где можно было уединиться и провести несколько дней в компании молчаливых англичан или немцев, которые вежливо уступали друг другу дорогу и не любили ни лишних разговоров, ни ненужных знакомств.

Он снял номер в отеле «Гранд Британия», расположенном в центре Афин, и уже собирался выйти, чтобы в очередной раз увидеть Парфенон, подивиться человеческому гению и развитию цивилизации, проделавшей столь долгий, трагический путь. В этот момент раздался телефонный звонок. Дронго поднял трубку.

– Я вас слушаю, – сказал он по-английски.

– Извините, – услышал Дронго, – мне сказали, что вас можно называть мистером Дронго.

 – Человек говорил по-английски с очевидным французским прононсом. – Извините, если вам это неприятно.

– Нет, – улыбнулся он, – меня действительно так называют, хотя это название птицы, а не имя человека.

– Мне сказали, что к вам можно так обращаться, – повторил незнакомец.

– Считайте, что вы уже обратились. Как вы меня нашли?

– Мой друг Пьер Дюнуа сообщил мне, что вы будете в Афинах. Эта такая честь для нас. Извините, я не представился.