Допустимый ущерб

Скажи честно, ты тоже ходишь в мечеть?

– Не хожу, – признался генерал.

– Понятно, – кивнул хаджи Рахман. – Спасибо за честный ответ. Я бы все равно тебе не поверил. Помню, как ты был комсомольским лидером в нашем районе тридцать пять лет назад и яростно боролся с религиозными предрассудками. Так вы их тогда называли.

– А ты еще в те времена доказывал, что мы не правы, – вспомнил генерал. – Много лет с тех пор прошло, хаджи. Теперь нам нужна твоя помощь.

– Скажи сразу, что от меня требуется, – снова потребовал хаджи Рахман.

 – Если нечто недостойное, то я этого сделать не смогу. Если спрашиваешь про мой хадж, то он угоден Аллаху. Я отправляюсь в Мекку уже в четвертый раз, хотя достаточно сделать это хотя бы раз в жизни. Я счастливый человек!..

– Тебя там уже все знают, – согласился генерал. – Да и у нас в Дагестане тебя уважают даже те люди, которые стреляют в моих офицеров. Тебя все любят за честность и принципиальность.

– Не перехвали, генерал, – попросил хаджи. – Когда такие слова говорит представитель твоего ведомства – это всегда немного пугает.

Скажи наконец, зачем ты меня позвал.

– Хадж начнется в будущем месяце. Большую группу паломников должен возглавить такой уважаемый человек, как ты, который уже не раз бывал в Мекке.

– Да, все правильно. Из Дагестана туда отправятся семьдесят паломников. Я действительно буду помогать им на этом праведном пути.

– Вот об этом и идет речь, – заявил генерал. – Дело в том, что нам очень нужна твоя помощь.

– Какая помощь? – Гость нахмурился.

 – Хочешь, чтобы я был вашим осведомителем? Так называют стукачей, да? Тебе не кажется, что я слишком стар для того, чтобы изменять своим принципам в уже немолодые годы?

– Никто не просит тебя быть стукачом. – Гасым поморщился. – Откуда такое глубокое знание нашей агентурной работы? Или тебя уже пробовали завербовать?

– Конечно, пробовали. Но я всегда отказывал. Поэтому мне и не разрешали работать муллой. Вы ведь даже их назначали через райкомы партии и местные отделения КГБ.

– Тогда была такая система, – напомнил генерал. – Любой священник или раввин тоже утверждался компетентными органами. Тем более патриархи, католикосы, шейхи, главные раввины. Иначе им просто не позволили бы работать.

– Хотите возродить прежнюю систему? – Хаджи Рахман покачал головой. – Уже то, что я встречаюсь с тобой, меня сильно компрометирует. Или ты этого тоже не понимаешь? Хотя все знают, что мы знакомы много лет.

– Вот именно, – проворчал генерал.