Опасные странствования. Исторический авантюрный роман

Его вскоре стали узнавать в маленьких пивных на окраине города. Когда посетители узнали о его профессии, они стали подходить к нему, усаживались за его стол и рассказывали о своих болячках. Зачастую он был в силах помочь им, немного смягчая их муки и разговаривая с ними. Было нетрудно перевести разговор на войну, и пришедшие из окрестных селений многое ему рассказывали о солдатах Валленштайна, их численности и передвижениях.

Когда Дагвинд возвратился в Стокгольм на корабле, который был так изношен и пропускал столько воды, что было невозможно понять, почему он еще на плаву, у него было полно сведений о планах германского военачальника.

Король со своим генеральным штабом принял к сведению рассказанное, которое должно было принести большую пользу, когда отряд кораблей будет послан в Штральзунд для облегчения сложного положения шведов.

Дагвинд какое-то время был свободен и мог видеть, что многое из уничтоженного пожаром стало возрождаться. На пожарищах появлялись новые улицы, которые были прямее и шире прежних, а вновь построенные на них дома – солиднее.

Дагвинд возобновил свои прогулки по городу. Посетив верфь, он увидел, что Хенрик Хюбертссон де Грот не врал, говоря о новом корабле «Васа», новой регалии, заказанной королем. Он стоял уже на воде, готовясь к выходу в море.

Корабль был красив и высоко возвышался над водой. «Скорее всего, он будет быстроходным парусником, – подумал Дагвинд. – И это хорошо, а то шведское владычество на Балтике требует все более скорых связей между материком и различными провинциями».

Требовались хорошие суда, так как старый флот Густава Адольфа не всегда был готов выйти в море. Во время польской войны король горько жаловался на то, что корабли воевали с большой течью, подчас без мачт и парусов. Было авантюрой перевозить большие массы народа через море.

Дагвинд довольно часто бывал на корабельной верфи, следя за тем, как расцветал новый корабль.

Король и его ближайшие советники тоже думали о новом корабле «Васа», хотя не столько о его красоте, сколько о мощи. До дворца дошли плохие слухи, утверждения, заставлявшие Густава Адольфа ходить взад-вперед по комнатам, беспрестанно призывая к себе советников.

– Я очень полагаюсь на мастера де Грота, – сказал король Оксеншерне. – Он знает свое дело.