Четверка несоединяемых

 – Покачал головой отец. – Я знаю, что говорю, а тебе, в связи с переездом, нужно быть готовой поверить в чудеса по-настоящему.

– А ты как будто бы веришь. – Буркнула Настя. Она была не в самом лучшем настроении. Ее везли туда, куда она не хочет! Или хочет, но не догадывается.

– Да, и сталкивался с ними. Если я убит жизнью, это не значит, что волшебства нет. Идем, пять минут всего идти до дома.

Настя решила промолчать. Отец сегодня странный, но больше ее пугал город: маленькие дома, пешеходный образ жизни, маленькое количество людей, неровный асфальт под ногами и открытое небо… Вот что внутри нее щелкнуло, что она не накричала, не развернулась и не ушла, а позволила потащить себя в другой город? Что заставило ее согласиться на переезд? Ответов не было, но оставалось лишь смириться и больше не бороться.

Не успело пройти и трех минут, как новые жители Кондота подошли к обычному трехэтажному дому из серого кирпича. Подразумевалось, что здание абсолютно привычное. Настя не находила тут ничего нормального.

Где многоэтажные небоскребы, которые постоянно ее снабжали плохим настроением?

Родственники подошли к трехэтажному каменному дому, отец достал из кармана ключи и приложил к железной двери подъезда.

Поднявшись по лестнице на второй этаж, девочка остановилась, пытаясь понять свои ощущения или с чем-то сравнить. Горячо, прямо по всему телу пробегают волны мурашек. Девочку грела будто бы невидимая печь, но рядом находилась только одна особенная дверь – остальные три не привлекали внимания Насти.

– Ты правильно все… Почувствовала. – Сказал грустно отец и встал рядом.

– Что именно?

– Вход в нашу квартиру. – Пожал плечами отец. Сказать честно, не смотря на его равнодушную интонацию, папа был несказанно рад, что его дочь ведет интуиция, а не он сам.

Родственники вошли в квартиру и их накрыло чувство ностальгии.

Глава 3. Письмо

Как только родственники вошли в квартиру, их резко окружил запах трав. И сразу же вспоминаются счастливые будни, когда мама по утрам заваривала отвары, а Настя играла в игрушки, все ощущая и чувствуя.

Но где жизнь в этой маленькой квартире? Выцветшие фотографии с семьей будто в тумане. Кровать, стол и стулья, все покрыто толстыми слоями пыли. А посмотришь на картину в целом, и кажется, что совсем-совсем скоро наступит тепло и тебя обнимут, поцелуют – с любовью в сердце и с заботою в движеньях.

– Не обижаешься на меня, Настя? – Спросил отец.