Шрам

И я благодарен вам.

– Ведь вы ничего не сказали им, да? – добавил он с нескрываемой тревогой. – Как я уже сказал, я вам благодарен.

– Когда мы в последний раз говорили на «Терпсихории», – сказала Беллис, – вы мне сообщили, что для вас жизненно необходимо срочно вернуться в Нью-Кробюзон. И что же теперь?

Он неловко покачал головой.

– Преувеличение и… дерьмо собачье, – сказал он, подняв на нее взгляд, но грубое слово не вызвало у нее неодобрительной реакции. – У меня такая привычка – все утрировать.

Он махнул рукой, закрывая эту тему. Последовала неловкая пауза.

– Вы можете говорить на соли? – спросила Беллис. – Я так думаю, что для вашей работы это необходимо, мистер Фенек.

– У меня была возможность в течение нескольких лет совершенствовать свои познания в соли, – сказал он на этом языке. Говорил он легко и быстро, с непритворной улыбкой. Потом продолжил на рагамоле: – Да, кстати, у меня здесь другое имя. Вы меня очень обяжете, если будете величать Саймоном Фенчем – под таким именем меня здесь и знают.

– И где же вы выучили соль, мистер Фенч? – спросила она. – Вы говорили о своих путешествиях…

– Проклятье! – Вид у него был веселый и смущенный. – В ваших устах это имя звучит как ругательство. В этих комнатах называйте меня как хотите, мисс Хладовин, но снаружи прошу вас постараться. Рин-Лор. Я научился соли в Рин-Лоре и на границе Пиратских островов.

– И что же вы там делали?

– То же самое, что и везде, – сказал он.

– Мне тридцать восемь лет, – сказал он, когда они выпили еще немного, а Беллис подбросила топлива в печь. – Торговцем я стал, когда мне не было еще и двадцати. Я, чтобы вам было известно, уроженец Нью-Кробюзона. Родился и рос под сенью Ребер. Но за последние двадцать лет и пятисот дней не провел в этом городе.

– И чем вы торгуете?

– Чем угодно. – Он пожал плечами. – Мехами, вином, машинами, скотом, книгами, рабочей силой. Чем угодно.

Голос Фенека смолк, когда Беллис поймала его взгляд.

– Никто не знает, где находится Великий Кромлех, – сказала она, но он покачал головой.

– Кое-кто из нас знает, – спокойно ответил он. – Я хочу сказать – сейчас. Некоторые из нас сейчас знают. И добраться туда, конечно, ох как нелегко.