Год Оракула

– Так почему ты сейчас мне говоришь? – спросила Мико. – Уилл передумал?

– Нет. Я тебе говорю потому, что ты моя жена и я тебе во всем могу довериться.

У Мико дернулся угол рта:

– Вот это, черт побери, правда. Дальше?

– Да практически уже все. Мы кое-что сделали, чтобы понять правила. Ну, в смысле, обязательно ли исполнится то, что он видел, или это можно переменить.

– И можно?

– Насколько нам понятно, нет. Пока что все происходило, как ему приснилось, даже когда мы пытались предотвратить выполнение предсказания или направить события по другому пути.

Просто это… не получается.

– Жуть.

– С точки зрения продаж это потрясающе. Мы можем быть уверены в своем продукте… но ты права. Не все, что знает Уилл, добрые вести, и он переживает, будто сам тому виной. Он неправ, все это не его вина, но я ему сочувствую. Нелегко ему.

Хамза остановился и посмотрел в другой угол кухни на минуту.

– Он, вероятно, самый знаменитый человек во всем мире, но не по-хорошему.

Ты знаешь, какие у людей к нему чувства. Половина в ужасе от перспектив, которые сулит появление человека, знающего будущее, а вторая половина в ужасе просто так, и все хотят его убить.

– Не все.

Хамза закатил глаза:

– Ну да. Психи, говорящие о втором пришествии, или фаны НЛО.

Мико покачала головой:

– Нет, не так. Мои ученики им заворожены. Он подтверждает их подозрения – они достаточно молоды и верят в волшебство, а Оракул им прямо подыгрывает. И у меня было много разговоров с людьми, которые думают, что появление Оракула внушает надежду.

Это значит, что существует план. Что жизнь – не цепь случайностей. – Она обхватила стакан ладонями: – По крайней мере я надеюсь, что это так.

– Почему? – спросил Хамза.

Мико подняла голову и посмотрела ему в глаза:

– Потому что я беременна.

Ошеломленный Хамза так и остался сидеть.

– О’кей, – сказала Мико. – Теперь расскажи мне, на черта нам вообще остров.

Глава 9

– Ты только посмотри, – сказал Эдди.

Юнион-сквер был забит народом. Какая-то демонстрация, может быть, протест. Над толпой кое-где торчали плакаты, но слишком далеко, не прочесть.

– Не сворачивай, Эдди, – сказала она. – Хочу посмотреть, что там.

– Если я не сверну с Бродвея, мы в этой пробке залипнем надолго, – возразил он, показывая на копошащиеся впереди машины. Они медленно, дюйм за дюймом, пробирались через поток пешеходов, уходя с Юнион-сквер.