Год Оракула

И заверение, что если мы не придем к соглашению, эта информация определенно будет продана иному покупателю.

Уилл снял руки с клавиш, но ему пришла в голову другая идея.

Оракул: Или же выложена на Сайт. Вы купили право знать о заморозках во Флориде, а не распоряжаться этой информацией. Она все еще наша, и мы с ней можем поступать как хотим. Если желаете эксклюзивности, скажите, сколько вы за нее заплатите.

Долгая пауза по ту сторону экрана. Уилл себе представил лихорадочные расчеты, происходящие сейчас в конференц-зале хозяев вселенной, высоко над городом, где столпились старики в дорогих костюмах – ему они казались кем-то вроде людей-стервятников.

СВБГ: За эксклюзивное право распоряжаться этой информацией мы выплатим вам десять миллионов долларов дополнительно.

– Десять миллионов, – сказал Уилл Хамзе. – Хорошее предложение?

– Хрена с два! – отозвался Хамза, сидя на полу и держа в горстях пачку таблиц. – Я еще не закончил, но могу тебе сказать, что эти парни крупно вкладываются в земледелие в Калифорнии.

– Апельсины?

– Апельсины, грейпфруты, танжело и так далее. И если Флорида в этом году пролетает, значит, Калифорния крупно на подъеме. Компании, которые у них в портфолио, заработают кучу денег. И еще, – сказал Хамза, размахивая пачками бумаг, – поговаривают, что фонд ищет способ инвестировать во флоридские фермы. Если будет мороз, многие фермы пострадают и будут выставлены на продажу.

– О’кей, – сказал Уилл. – Давай выводы.

– Выводы получаются такие, что фонд СВБГ может наварить около миллиарда, если заранее будет знать о заморозках во Флориде. Так они, мать их так, заплатят побольше десяти миллионов.

Хамза схватил карандаш и начал что-то царапать на ближайших листах бумаги, бормоча себе под нос. Подтянул к себе лэптоп, и на экран вытащил статистику по сельскохозяйственным рынкам, истории воздействия погодных форс-мажоров и всякие эзотерические финансовые данные.

– Скоро ты?

– Терпение, Уилл, терпение. Это чертовски трудно, я пытаюсь разобраться. Если запросить меньше, теряем миллионы долларов.

Уилл чувствовал, как сердце стучало. Еще двадцать минут – и он станет одним из тех, кто на день рождения людям автомобили дарит.

– Четыреста пятьдесят, – сказал Хамза, бросая карандаш на стол. – Четыре-пять-ноль.