Три мушкетера (адаптированный пересказ)

Улов невелик – одиннадцать экю, да сорочка в узелке. Но он сущий дьявол. Уже теряя сознание, он все повторял, что если бы нарвался на вас в Париже, вам пришлось бы горько сожалеть о своем поступке. Кстати, он не раз упоминал имя господина де Тревиля и при этом похлопывал себя по карманам.

– Ну же! – нетерпеливо перебил трактирщика незнакомец. – Готов побиться об заклад, что вы тотчас вывернули его карманы.

– А как же, ваша светлость! – усмехнулся хозяин. – И даже нашел то, что искал. Письмо к капитану королевских мушкетеров, господину де Тревилю.

– Я щедро отблагодарю вас, если вы поможете мне избавиться от этого назойливого гасконца. Понимаете ли, мое положение не позволяет мне его просто убить. А между тем, он может помешать мне в одном очень важном деле, которое потребует от меня напряжения всех сил. Мне надо торопиться. Где моя лошадь?

– Ваша лошадь уже оседлана и ждет вас, ваше сиятельство.

– Где вещи этого гасконца?

– Камзол и сумка внизу, на кухне.

Незнакомец повернулся и пошел в дом, с сомнением качая головой.

Возможно, именно присутствие в гостинице д’Артаньяна заставило знатного и богатого вельможу пуститься в путь раньше задуманного. Это беспокоило трактирщика, так как он надеялся как можно дольше задержать дворянина в Менге и вытянуть из него побольше звонких пистолей. Едва д’Артаньян пришел в себя, трактирщик принялся уговаривать юношу, поскорее отправиться в путь во избежание дальнейших конфликтов. Но когда молодой человек стал спускаться с лестницы, он заметил, что у окна на улице стоит его недавний обидчик и преспокойно беседует с дамой.

Д’Артаньян имел одну особенность, очень помогавшую ему при общении с незнакомыми людьми. Он успевал мгновенно схватывать все черточки, все оттенки настроения, мелькавшие хоть на секунду на человеческом лице. Юноша мигом разглядел собеседницу незнакомца.

Ее необычная для Южной Франции красота поразила д’Артаньяна.

Впрочем, надо отдать д’Артаньяну должное – он не потерял голову при виде этого прекрасного создания, напротив, каждый обрывок фразы, случайно подслушанный им в этот момент, отпечатался у него в памяти, что также впоследствии сослужило ему хорошую службу.