Женская война

– Вы, все знающий, все замечающий, неужели вы не заметили, что я беспрестанно занималась Канолем, беспрестанно просила вас за него, выпросила ему капитанский чин, денежное пособие на поездку в Бретань с господином Мельерэ и потом еще отпуск? Неужели вы не заметили, что я беспрестанно заботилась о нем?

– Сударыня, это уж чересчур!

– Позвольте, герцог, подождите до конца.

– Чего мне еще ждать? Что вы можете еще прибавить?

– Что я принимаю в бароне Каноле самое нежное участие.

– Я знаю!

– Что я предана ему и телом и душою.

– Сударыня, вы употребляете во зло…

– Что буду служить ему до самой смерти, и все это потому…

– Потому что он ваш любовник, не трудно догадаться.

– Нет! – закричала Нанона, схватив дрожавшего герцога за руку. – Потому что Каноль брат мой!

Руки герцога д’Эпернона опустились.

– Ваш брат! – прошептал он.

Нанона кивнула головою в знак согласия и улыбнулась с радостью.

Через минуту герцог вскричал:

– Однако же это требует объяснения!

– Извольте, я все объясню вам, – сказала Нанона.

– Теперь уж месяцев восемь, – отвечал герцог, рассчитав время.

– А когда подписали вы патент на капитанский чин барону Канолю?

– Да в то же время.

– Две недели спустя, – сказала Нанона.

– Очень может быть…

– Мне очень неприятно, – продолжала Нанона, – рассказывать про бесчестие другой женщины, разглашать тайну, которая становится нашею тайною, слышите ли? Но ваша странная резкость принуждает меня, ваше поведение заставляет меня говорить… Я подражаю, вам герцог: во мне нет великодушия.

– Продолжайте, продолжайте! – вскричал герцог, который начинал уж верить выдумкам прелестной гасконки.

– Извольте… Отец мой был известный адвокат, имя его славилось. Назад тому двадцать лет отец мой был еще молод, он всегда был очень хорош лицом. Он любил еще до своего брака мать барона Каноля, ее не отдали за него, потому что она дворянка, а он – выслужившийся чиновник.

– Понимаю, но каким образом дружба ваша с Канолем началась так поздно?

– Очень просто: только по смерти отца я узнала, какие узы связывают меня с Канолем. Вся тайна хранилась в письме, которое отдал мне сам барон, называя меня сестрою.