Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя. Том 2

– Черт возьми!

– Что вы об этом думаете?

– Я думаю, что вас хотят просто разорить; это ясно как день.

– Значит, вы остаетесь при прежнем убеждении?

– Да. Тут, впрочем, нет ничего удивительного, потому что мы и раньше предвидели это.

– Верно; но я никак не ожидал четырех миллионов.

– Действительно, сумма крупная, но все-таки четыре миллиона еще не смерть, особенно для такого человека, как Фуке.

– Если бы вы знали состояние моей казны, дорогой д’Эрбле, вы не рассуждали бы так спокойно.

– И вы пообещали?

– Что же мне оставалось делать?

– Вы правы.

– В тот день, когда я откажу, Кольбер достанет эту сумму; где – не знаю; но он достанет, и тогда я погиб!

– Несомненно. А через сколько дней вы обещали эти четыре миллиона?

– Через три дня. Король очень торопил.

– Через три дня!

– Ах, друг мой, – продолжал Фуке, – подумать только: сейчас, когда я проезжал по улице, прохожие кричали: «Вот едет богач Фуке!» Право, дорогой мой, от этого можно потерять голову.

– Нет, монсеньор, не стоит, – флегматично проговорил Арамис, посыпая песком только что написанную страницу.

– Тогда дайте мне лекарство, дайте мне лекарство от этой неизлечимой болезни.

– Единственное лекарство: заплатите.

– Но едва ли я могу собрать такую сумму. Придется выскрести все. Сколько поглотил Бель-Иль! Сколько поглотили пенсии! Теперь деньги стали редкостью. Ну, положим, достанем на этот раз, а что дальше? Поверьте мне, на этом дело не остановится. Король, в котором пробудился вкус к золоту, подобен тигру, отведавшему мяса: оба ненасытны.

Арамис только слегка пожал плечами.

– Человек в вашем положении, монсеньор, только тогда погибает, когда сам захочет этого.

– Частное лицо, какое бы оно ни занимало положение, не может бороться с королем.

– Ба! Я в молодости боролся с самим кардиналом Ришелье, который был королем Франции, да еще кардиналом!

– Разве у меня есть армия, войско, сокровища? У меня больше нет даже Бель-Иля.

– Нужда всему научит. Когда вам покажется, что все погибло, вдруг откроется что-нибудь неожиданное и спасет вас.

– Кто же откроет это неожиданное?

– Вы сами.

– Я? Нет, я не изобретателен.

– В таком случае я.

– Принимайтесь же за дело сию минуту.

– Времени еще довольно.

– Вы убиваете меня своей флегматичностью, д’Эрбле, – сказал суперинтендант, вытирая лоб платком.