Сорок пять. Часть вторая, третья

Маргарита, чьи взоры блуждали с обычным беспокойством меланхолических сердец, узнала пажа, предшествовавшего господину Шико, и позвала его:

– Кого тебе, д’Обиак?

Молодой человек, можно сказать ребенок, потому что ему было не более двенадцати лет, покраснел и преклонил колено перед Маргаритой. Шико неподвижно стоял шагах в двадцати от нее.

– Ваше величество, – произнес он по-французски, ибо королева изгнала провинциальное наречие из разговоров при дворе и в деловых сношениях, – один парижский дворянин, присланный из Лувра к его величеству королю наваррскому и направленный королем к вам, желает говорить с вашим величеством.

Прекрасное лицо Маргариты озарилось неожиданным огнем. Она обернулась с живостью и с тем тягостным чувством, которое при всяком случае проникает в сердца, давно уже разбитые. Ее зоркие глаза тотчас узнали знакомого – по виду и силуэту: Шико ясно обрисовывался на красноватом небе. Она покинула кружок, который собрался около нее, и пошла к Шико, вместо того чтобы пригласить его приблизиться.

Обернувшись к оставшимся, чтобы проститься с ними, она сделала знак кончиками пальцев самому красивому дворянину, роскошнее других одетому. Прощаясь со всеми, она простилась только с одним. Но того, казалось, не успокоил этот прощальный знак. Маргарита заметила это.

– Господин Тюренн, потрудитесь сказать этим дамам, что я сию минуту возвращусь.

Красивый дворянин в белом камзоле поклонился просто, но не как равнодушный придворный.

Королева быстро подошла к Шико, наблюдавшему за этой сценой, столь согласной с содержанием письма Генриха III.

– Господин Шико! – вскрикнула удивленная Маргарита.

– У ног вашего величества, – произнес Шико, – такой же доброй и прекрасной королевы в Нераке, как и в Париже.

– Каким чудом вы так далеко от Парижа?

– Извините, сударыня, но мысль совершить это чудо пришла, конечно, не бедному Шико.

– Я думала, – впрочем, все это говорили, – что вы умерли.

– Я сам распустил этот слух.

– С чем же вы к нам, господин Шико? Неужели я так счастлива, что во Франции еще не забыли о королеве наваррской?

– О сударыня, – Шико улыбался, – таких королев, как ваше величество, не забывают во Франции.

– Так в Париже люди все так же любезны?

– Король французский, – добавил Шико, не отвечая на вопрос Маргариты, – даже писал на этот счет королю наваррскому.

Маргарита покраснела:

– Писал?

– Да, ваше величество.