Без кожи

Первые десять месяцев своей жизни он лежал в больнице, где его и увидели волонтёры из Фонда «Подари жизнь». Антон был оперативно переведён в Городскую клиническую больницу № 17 в Солнцево – там было прекрасное паллиативное отделение.

Моё знакомство с Антоном произошло в конце октября в ЖЖ[2 - «Живой Журнал», «ЖЖ» (англ. LiveJournal, LJ) – блог-платформа для ведения онлайн-дневников (блогов).]. Я плакала три дня. Увидела ссылку на группу, где писали про него и помощь ему. Там были сотни желающих помочь – приехать в больницу.

Мне, одной из немногих, каким-то чудом дали возможность что-то ему отвезти. Дальше всё сложилось так, что я возила к нему врачей, питание, специалистов, изучающих данное заболевание, медикаменты, которые привозили мне домой другие волонтёры. Вокруг стали появляться мамы с больными детьми-бабочками. Оказалось, что Антоша такой не один. И также рядом появилась Наташа.

В январе мы – я, Наташа и Юля, мама бабочки, – подали документы и уже 1 марта 2011 года получили свидетельство о регистрации.

На тот момент у нас было 25 подопечных, которые страдали от боли, и никто не знал, как им помочь.

Фонд появился благодаря Антону – необыкновенному ребёнку, который научил меня и многих других людей потихоньку менять мир для таких беззащитных детей-бабочек. В глубине своей души все наши достижения я посвящала ему.

У детей-бабочек, от которых отказались родители, практически нет шансов найти семью. Но историю Антона узнали Ванесса и Джейсон Дельгадо из Техаса.

Я ПОМНЮ ТЕБЯ, МОЙ МАЛЬЧИК, МОЙ ТОША

Я благодарна Ванессе и Джейсону за то, какой была его жизнь в последние дни.

И именно тогда я абсолютно поменяла своё отношение к смерти, паллиативному статусу и тому, как надо уметь прощаться с теми, чья очередь пришла.

Я помню тебя, мой мальчик, мой Тоша.

Закулисье

Когда я основала Фонд «Дети-бабочки», о буллёзном эпидермолизе не знали ни сами больные, ни медицинское сообщество. Мы нарастили экспертизу, обучили врачей по всей России и СНГ, разработали более десяти программ и построили систему помощи, которая работает как часы. Сегодня мы развиваем дерматологию как науку, создаём технологические решения для рынка. Тогда, в 2011 году, мне достался чистый лист – было сложно.