Философия освобождения

Между вышеупомянутыми основными состояниями существует множество градаций; кроме того, существует множество других состояний, которые я, однако, обойду стороной, поскольку не должен слишком долго останавливаться на частностях.

Однако я обойду их стороной, поскольку не должен слишком долго останавливаться на частностях. Попутно мы познакомимся еще с несколькими важными состояниями в эстетике и

этике.

С другой стороны, мы должны рассмотреть второй вид движения воли, который я буду называть двойным движением, в отличие от простых движений, рассмотренных до сих пор.

В ненависти человек уходит в свою внутреннюю сущность. Он концентрируется, он хочет быть без расширения. Если ненависть очень велика, она часто меняется на противоположное движение, то есть воля вдруг устремляется к периферии, но не для того, чтобы с любовью обнять, а для того, чтобы уничтожить. Это движение – гнев, ярость, furor brevis. В нем человек либо уничтожает противника словами: осыпает его потоком ругательств, оскорблений, проклятий; либо переходит к актам насилия, которые могут закончиться смертью и убийством.

В эстетике и этике мы познакомимся с несколькими другими двойными движениями.

13.

Мне не нужно больше говорить об опьянении и сне.

Опьянение – это усиленная жизнь крови, которая становится тем более осознанной, чем больше ослабевают органы чувств, а вместе с ними и разум. Интоксикация является полной при анестезии наркотическими средствами (оксид азота, хлороформ и т.д.). Органы чувств полностью бездействуют, а ум не задействован; напротив, самосознание – это очень чистое зеркало.

Человек, находящийся под наркозом, необычайно ясно осознает циркуляцию крови; он ясно чувствует, как кровь мчится, бушует и давит на сосуды, как будто хочет их разорвать. Он размышляет и думает в целом, но с удивительной быстротой.

Сон прежде всего необходим организму. Силы, которые так расходуются при общении с внешним миром, должны быть восстановлены, а расстройства в органах должны быть искоренены.

Поэтому органы чувств отключаются, а воля, полностью замкнутая в своей сфере и беспокойная, как всегда, упорядочивает свой дом и готовится к новым действиям.

Сейчас в борьбе за существование наступило перемирие.

Затем сон необходим самому демону. Он должен время от времени становиться апатридом, чтобы не отчаиваться; а апатридом он может стать только в глубоком сне.

Разве не правда, что сон – это сам Бог, который обнимает усталых людей? (Хеббель.