Акиль

Наружу выглянула лужайка, которая окружала лысеющую макушку.

– Раздевайся, Андрей, сейчас согреешься! Чайник вскипел совсем недавно.

Он осторожно поставил рамку у входа, поцеловал Алёну, разулся и вместе с женой, прошёл на кухню.

– Привет, Килька моя! – улыбнулся Андрей, обнял сидящую дочку за столом и, вытащив из-под стола табуретку-треногу, разместился рядом.

– Привет, пап, – Акилина допила последние глотки остывшего чая в кролике. – Что, новая картина? – она взглянула в коридор.

– Что? – Андрей посмотрел на оставленную рамку у входа.

 – Да, работал полторы недели.

Он, было, подорвался к рамке, как тут же его остановила жена:

– Так, – серьезно взглянула Алёна, – Андрей, пока ты не выпьешь горячий чай и не согреешься, из-за стола ни шагу!

Андрей поднял руки, подобно пойманному разбойнику:

– Тут вы хозяйки, девочки! Так что налей-ка зелёного чаю, Алён, – он сложил, поднятые руки на стол.

– Теперь можешь идти, – улыбнулась Алёна.

Андрей ринулся за прямоугольной достаточно крупной вещью в углу входа, и осторожно понёс на кухню.

Алёна помогла снять бежевую, в некоторых местах измазанную всеми цветами радуги, ткань. Затем, при помощи ножа, Андрей попытался разрезать пластиковый пакет и изъять оттуда рамку, сооружённую на заказ Леонидом – приятелем по рабочему цеху художественной корпорации под названием «Тинки Pictures».

Не успело полотно выглянуть из-за задворков серого непроницаемого светом пакета, как глаза Акилины стали значительно больше… раза в два точно.

– Это… это так классно, папуль! – восхитилась девушка.

Полотно отображало разлитые по небу бордовые разводы, оставшиеся от заходящего летнего солнца, которое могло прогреть воздух до не менее тридцати пяти градусов по Цельсию. Морской прибой, играющую пузырящуюся пену; так же внимание жены и дочери обратила на себя пристань, вымощенная новенькими, после обжига, деревянными досками. С левого и правого краёв пристани протянулись свисающие над деревянным покрытием, электрические светлячки ночных фонарей.

Абсолютно каждая линия, прорисованная кистью на этом полотне, заставляла сердце каждого члена семьи вздрогнуть в тот или иной момент. Погрузиться в ту среду, что была навеяна воображением Андрея, наверное, поэтому его сердце вздрагивало сильнее остальных, находящихся на кухне.

– Действительно, очень красивое местечко! Правда, жалко, что не хватило свободного места для домика, где можно было бы отдохнуть. – Прокомментировала Алёна.