Честное слово

В русской культуре все шикарное, красивое, изысканное традиционно ассоциируется в первую очередь с Францией. Да слово и по написанию похоже на многие французские. Вот оно и встроилось в ряд: бонжур, амур, тужур, абажур – а теперь и гламур.

С другой стороны, в русской культуре и до этого было представление о внешнем лоске, “хрестоматийном глянце” (у Маяковского о Пушкине: “Я люблю вас, но живого, а не мумию. Навели хрестоматийный глянец”). И, если уж на то пошло, о “лакировке действительности”. Во всех этих случаях внешняя гладкость противопоставляется живой жизни.

Многие люди, читая русские глянцевые журналы, замечают, что они – по сравнению с западными версиями – утрированно легковесные, подчас почти карикатурно залакированные и запредельно оторванные от жизни. Так проявляется наша тоска по красивой жизни. В мнимо французском русском слове гламур и воплотился этот вопль: “Красиво жить не запретишь!” И вот уже возникло и модное словцо гламурненько, которое у кого-то выражает неопределенно-положительную оценку, а кем-то произносится с издевкой.

    [2006]

Гламурная феня

Довольно давно я услышала название модельного агентства – Modus vivendis. Я стала ужасно смеяться: всякому, кто хоть немного изучал латынь, ясно, что есть выражение modus vivendi, что означает “образ жизни”, a modus vivendis – это просто какой-то грамматический абсурд. Я еще подумала: “Написать им, что ли, чтоб не позорились?” – но поленилась. Прошло много лет, и они называются по-прежнему, что не мешает им преуспевать.

Я не верю, что никто за это время не объяснил, как безграмотно их столь шикарно звучащее название. Просто перерегистрироваться хлопотно, а грамматическую ошибку они не считают достойной причиной для этого. Мне могут возразить, ну и что, ведь еще Пушкин говорил:

“Как уст румяных без улыбки,

Без грамматической ошибки

Я русской речи не люблю.

Но там ведь ситуация другая: Татьяна выросла на французских романах и потому “изъяснялася с трудом / На языке своем родном”, в том смысле что любовное письмо ей было проще написать по-французски.

А вот неуклюжие попытки блеснуть малопонятным иностранным словом в духе “иностранца Василия Федорова” и смеси “французского с нижегородским” – совсем другое дело. Это смешная претензия на изысканность.

Но носительница современной гламурной культуры если и боится скомпрометировать себя, то не речевой ошибкой, а разве что неправильно выбранным тоном колготок.