Большая книга экстрасенса. Упражнения для развития сверхспособностей

– Я тебя сейчас срублю, гад ты этакий, новый заместо тебя посажу! – размахивая топором, кричал дорогой Евгений.

Его жена со скоростью борзой рванула Евгению наперерез и грудью успела встретить его уже перед самым кустом крыжовника, обреченного на безжалостное порубание.

– Срублю, гад, срублю, ничтожество! Где твои ягоды, где, я тебя, божья срань, спрашиваю? – свирепо орал Евгений, с ипохондрическим упорством прорываясь к цели и размахивая топором. Жена едва справлялась с ним.

– Успокойся, Женя! Не руби ты его, несчастного, пожалей! Даст он еще ягодок, даст, никуда не денется…

– Когда даст-то?

– Да на следующий год и даст.

Евгений остановился, вроде как в раздумье. Он хмуро посматривал на куст, держа топор в правой руке и водя по его лезвию другой.

– Так дашь ягоду или нет, я тебя спрашиваю? – рявкнул в конце концов он на куст.

– Говорит же, даст! – отвечала за крыжовник его жена, потихоньку отодвигая разбушевавшегося супруга подальше от бедного растения.

Евгений неохотно бросил топор и вернулся к столу, где, как ни в чем не бывало, продолжил нашу беседу, будто тут ничего такого и не было.

Я поразился этой его вспышке гнева и последовавшей за ней мгновенной смене настроения, никогда я его таким не видел, но потом подумал, что у всех чувствительных людей эмоции часто зашкаливают за край, и больше не вспоминал об этом инциденте.

На следующий год, примерно в это же время, я снова оказался у риши Евгения. Прошлогодняя сцена с шашлыками и ягодой повторилась опять, только теперь на стол были поставлены две чаши – одна с малиной, другая с крыжовником. Я вспомнил ту старую историю и оглянулся на куст крыжовника. Вместо чахлого кустика я увидел крепкое, цветущее растение, которое было не только шире предыдущего, но и казалось много выше.

– Новый куст посадил, вместо старого? – спросил я собеседника.

– Нет, старый кустик растет.

– Подожди, но ведь этот куст и высотой раза в полтора больше прежнего, и шире чуть не вдвое…

– Нет-нет, все тот же, просто я его тогда напугал до смерти, вот он и разросся!

Я недоверчиво глянул на Евгения, но тот лишь усмехнулся и с хитринкой глянул на меня из-под широких смоляных бровей.

– Они, эти растения, такие же понятливые, как и мы с тобой, Николай, – сказал он.