Тень

 – Однако я не знаю, как бы они повели себя, если бы это стало условием их пребывания в городе. И уж точно они не согласятся открыть, сколько их в городе в действительности.

Станкевич задумчиво выдохнул сигаретный дым, ленивым движением сбил пепел.

– А если бы мы дали вам полную свободу действия? – спросил он. – Дали определенные полномочия и доверили вести переговоры с theokataratos?

– Мне их обложить налогом? – спросил алхимик с недоверием в голосе. – Это безумие!

Генерал не ответил, глядя на Рудницкого неподвижным взглядом.

– Ваше превосходительство, – отозвался Томала. – Прошу, поймите, вы ходите по краю бритвы. Что, если совет и кинжальщики подумают, что, заключив договор с Проклятыми по собственной инициативе, вы совершили измену?

– А с кем мне нужно было посоветоваться?! – рявкнул разозлившийся алхимик. – Правительство – это пустышка, а аргумент, что республикой управляет какой-то тайный орган, весьма спорный. Не говоря уже о том, что кинжальщики сами заключили сделку с theokataratos и, насколько мне известно, не сообщили об этом совету, не говоря уже о правительстве, – злорадно добавил он.

– Это на благо дела, – спокойно заметил Станкевич.

– А конкретнее? – поинтересовался Томала.

– Они сделали им документы, не бесплатно, понятное дело, – ответил Рудницкий, пожав плечами.

– Они заплатили первичной материей?

– А как же!

Генерал загасил сигарету, встал и подошел к окну.

– Может, начнем сначала, – предложил он. – Сколько первичной материи передали вам… наши гости?

– Около полукилограмма.

– Сколько?! – воскликнул Томала.

– Точнее, сорок лотов, – пояснил алхимик.

– Это огромное состояние!

Станкевич резко и нервно ослабил ворот мундира, на его висках появились капли пота.

– И что вы с ними сделали? – спросил он, затаив дыхание.

– Ничего. Спрятал в сейф. Я бы передал их власти, но не знал, как оправдать этот дар.

– В пересчете на чистое серебро… – начал Томала.

– Да, я знаю, это большая удача, – признал со вздохом Рудницкий.

– Но вы же могли спросить, – сказал Станкевич, приходя в себя. – Мне же вы доверяете? – иронично спросил он.

Алхимик гневным жестом отмахнулся от насмешки. Какое-то время назад он передал на потребности армии несколько десятков килограммов серебра и, еще плохо зная Станкевича, предупредил генерала, что в случае обмана он отправит за ним гомункулуса. И, видимо, офицер не забыл угрозу.