Новая цивилизация. 1 часть. Второе издание

Ведь он не учёный, не физик-ядерщик и даже не учится в обычной школе. Очень странно. Стоит на берегу таёжного озера мокрый ребёнок и рассуждает о безопасном хранении ядерных отходов. Не надеясь на хоть сколько-нибудь эффективное решение с его стороны по этой проблеме, а лишь для того, чтобы поддержать разговор, я спросил:

– Ну и как конкретно ты разобрался с этой неразрешимой проблемой?

– Из множества вариантов, я думаю, самым эффективным является их рассредоточение.

– Не понял, чего рассредоточение?

– Отходов, папа.

– Это как?

– Я понял, папа: в малых дозах радиация совсем не опасна. В небольших количествах она содержится повсюду: в нас, в растениях, в воде, в облаках. Но если её сконцентрировать в одном месте, возникает реальная опасность. В ядерных хранилищах, о которых рассказывал дедушка, искусственно сконцентрированы радиоактивные предметы в одном месте.

– Ну это все знают. Радиоактивные отходы свозят в специально построенные хранилища, которые тщательно охраняются от террористов.

– Всё так, папа. Но опасность всё равно существует. И катастрофа неминуема, её причина – чья-то специальная мысль, навязываемое людям неправильное решение.

– Этой проблемой, сынок, занимаются научные учреждения, в которых работают люди с высокими учёными степенями. Ты не учёный, науку не знаешь, а потому не можешь решать такую важную проблему. Её решением должна заниматься современная наука.

– Но результат, папа? Ведь именно в результате решений современной науки и подвергается человечество большой опасности. Я, конечно, не учусь в школе, не знаю науки, о которой ты говоришь, но…

Он замолчал и опустил голову.

– Что означает твоё «но»? Почему ты замолчал, Володя?

– Я не хочу, папа, учиться в той школе и изучать науку, ту, которую ты имеешь в виду.

– Почему не хочешь?

– Потому, папа, что наука эта ведёт к катастрофам.

– Но другой ведь науки нет.

– Есть. «Действительность только собой определять необходимо», – говорит мама Анастасия. Я понял, что это такое, и изучаю или определяю. Пока не знаю, как сказать точнее.

«Надо же, как он твёрд в своих убеждениях», – подумал я и спросил:

– А какова вероятность катастрофы, по-твоему?

– Стопроцентная.

– Ты в этом убеждён?

– По теории вероятности и факту непротиводействия пагубной мысли, катастрофа неминуема.