Maгазин закрывается

На ней был короткий топ, прозрачные брючонки, полоска стрингов вызывала тошноту. Секретарша улыбнулась, когда в приемную вошел свободный мужчина. Свободного видно сразу, и по одежке, и по осанке. Лысый, крепкий, холеный барин, в тонких очках, с фиолетовым модным портфелем, он прошел к Петровичу как на родную виллу, и через две минуты все в приемной услышали грубый раскатистый ржач.

После лысого вызвали меня. Я снова удивилась – не ожидала, что в кабинете полно народу. На стульях вдоль стен как зрители сидели посетители, простые горожане, какие-то перепуганные старушки и слезливые тетки.

Петрович их не замечал, он обращался к одному мужчине со слишком интеллигентной внешностью для этих мест. Тот отвечал на странные вопросы.

– Какого хера ты его не встретил? – гремел Петрович.

– Да это же смешно! – возмущался интеллигентный. – У нас что, больше некому встретить КамАЗ с асфальтом?

– Смешно тебе? – ярился Петрович. – Ты идиот! Ты что, не понимаешь? Мы асфальтируем свою площадку! Я лично приказал, чтоб встретили машину!

– Нет, я не идиот! – задергался интеллигентный.

 – Я – главный архитектор, у меня своя работа…

Дальше была такая фраза, которую лучше «пропипикать», как на телевидении.

– Мне пи-пи-пи твоя работа! Пошел ты пи-пи-пи со своей работой! Пи-п, я сказал! Встретишь, пи-п, КамАЗ!

Архитектор брезгливо сморщился и устало вздохнул.

– Это не мои обязанности…

– Ах, не твои?.. – захохотал Петрович.

 – Тогда я на хер тебя уволю!

– Увольняйте! – Архитектор метнулся к дверям. – Я сам напишу заявление!

– Пиши! – кивнул Петрович.

И на селектор повторил, на всю приемную:

– Пусть этот идиот напишет заявление!

Старушки вдоль стеночки ежились от страха. Это была семья умершего ветерана войны, они пришли получить свой законный памятник, государство у нас ставит бесплатные памятники ветеранам Великой Отечественной, а тут ведь тоже нужна печатька с подписью, тут тоже без Петровича не проскочишь.

Денег с покойного ветерана не сорвешь, льготы отрабатывали родственники, играя роль изумленной публики.

Когда архитектор ушел, мне захотелось похлопать. Я села за брифинг и улыбнулась. Я же не знала, что в этом балаганчике мне тоже дали роль.

– Чего пришла? – Петрович начал мизансцену.

Я протянула документы.

– Павильон… Остановка… Поселок «Тихий Дон»… – Он посмотрел на меня мутным взором, набычился.