И тогда я поняла. 95 честных историй о жизни как она есть

Да и не только в день рождения. И тогда я поняла, что я – артист, я – музыкант, и я больше не могу, не хочу и не буду делать вид, что это не так.

Моя подруга Mary Jane

Аня Камрад

Тюмень

Химик

Весна 2013-го, я впервые в Америке. И все в этой стране для меня в новинку. Вот мы с друзьями едем на выходные в горы, разбиваем палатки, собираем дровишки для костра, темнеет, знакомая достает шоколадку. А шоколадка-то непростая… Уже тогда мне было известно, что в Америке каждый второй пробовал марихуану или регулярно ее курит.

В ту ночь я съела этот самый квадратик, один-единственный, и моя жизнь разделилась на «до» и «после». Вот уж реально magic chocolate. Я пыталась распилить бревно для костра, как вдруг почувствовала, что моя реальность пошатнулась. То была самая невероятная ночь в моей жизни.

Я даже вышла замуж за парня, который торговал травой. Он подарил мне мою первую стеклянную трубку для курения. Мне нравилось смотреть на себя в зеркало, держа в руке дымящуюся трубку, я носила ее в сумочке вместе с помадой и флакончиком духов и чувствовала себя такой взрослой и крутой.

Мне казалось, что трезвая я никогда не увижу то, что доступно мне, когда я high[28 - To get high (англ.) – накуриться, получить кайф.]. Марихуана помогала мне во всем. С ней еда казалась вкуснее, окружающий мир – интереснее, мои чувства обострялись, я видела, слышала, чувствовала по-другому. Куча идей – только успевай записывать. Мне казалось, теперь я живу очень интересной, насыщенной и счастливой жизнью.

Время замедлялось.

Пять лет пролетело, а я и не заметила, что курение марихуаны стало привычкой. Я спокойно жила с установкой, что «weed is not addictive»[29 - Weed is not addictive (англ.) – марихуана не вызывает привыкания.] – так говорил муж. За последний год я не смогла вспомнить ни одного дня без подруги Мэри Джейн.

Со временем я перестала себе нравиться. Энтузиазм появлялся и заканчивался только с марихуаной, а энергии на реализацию чего-то грандиозного не было. Так проходили дни, а я оставалась со своими нереализованными планами. У меня появилось беспокойство, когда я выходила куда-нибудь накуренная: мне казалось, что все об этом знают, смотрят на меня и осуждают.