Воздух, которым он дышит

– Фэтти-Мэтти[2 - Фэтти (Fatty) – толстый (англ.).], – произнесла она, и ее хищная улыбка сделалась шире.

– Знаешь, ты не должна делиться со мной подобными вещами. Никогда. То есть никогда вообще.

– Я хочу сказать, что если взять две сосиски, то получится один Фэтти-Мэтти. Как будто бог колбасок наконец-то услышал мои молитвы. Это куда лучше любой докторской колбасы. Фэтти-Мэтти – просто колбасный пророк земли обетованной.

– Серьезно, меня уже тошнить начинает. Может, хватит все-таки?

Она засмеялась и привлекла меня ближе к себе.

– Боже, я так по тебе скучала! Так что скажешь – может, пойдем в наше обычное место для прогулок?

– Да, конечно.

Мы прошли несколько кварталов, и Файя непрерывно смешила меня. Я удивлялась: как я могла так надолго расстаться с ней? Может быть, я отчасти чувствовала себя виноватой, зная, что если я останусь рядом с ней, то мне постепенно будет становиться лучше, а мысль о том, что мне станет лучше, ужасала меня. Но сейчас, похоже, смех был именно тем, что мне требовалось.

– Немного странно быть здесь без Эммы, – сказала Файя, сидя на качелях на игровой площадке. Нас окружали дети, пришедшие сюда с родителями и нянями. Дети бегали и играли, а мы качались на качелях. Кто-то из детей уставился на нас, словно считал нас сумасшедшими, потому что мы гуляем на детской площадке, но Файя крикнула ему:

– Никогда не взрослей, малыш! Это чертова ловушка!

Она неизменно оставалась ужасно странной.

– И как же долго у вас с Мэтти все это продолжается? – спросила я. Она покраснела.

– Не знаю, наверное, месяц. Или два.

– Два месяца?

– Может быть, семь. Или восемь.

– Восемь? Что?! Мы же каждый день с тобой разговаривали. Почему ты об этом даже не упомянула?

– Не знаю. – Она пожала плечами. – Ты так много пережила из-за Стивена, понимаешь? И мне казалось бессердечным рассказывать тебе о своих связях. – Файя никогда не заводила отношений, она просто вступала в связи.

Файя нечасто становилась серьезной, но Стивен для нее был как брат. Они спорили и ссорились чаще, чем любые родные брат и сестра, которых я когда-либо встречала, но при этом очень заботились друг о друге. Они были знакомы с пятого класса и были лучшими друзьями.