Волны, в которых мы утонули

Я пыталась общаться так с миссис Бун, но она сказала, что не собирается помогать мне уничтожать деревья. Кроме того, она сказала, что у меня есть голос и я должна им пользоваться.

– Я слышал, вы с миссис Бун поругались, – сказал он. Я закатила глаза, и он хихикнул. – Она не хочет тебя обидеть, ты же знаешь? Я заглянул к ней, чтобы занести Булку, и она сказала мне то же самое, что сказала тебе. Я не говорю, что она выбрала правильную форму, но она хотела как лучше… – Он замолчал, когда увидел мой раздраженный взгляд.

– Она была права, – хихикнул он. – Ты ворчунья.

Я начала писать.

Она назвала меня Джессикой.

Он нахмурился.

– Ага. – Он слегка поерзал и посмотрел вверх.

Я подняла бровь.

Он притворился, что ничего не заметил, и начал смотреть еще выше. Я легонько толкнула его в плечо.

– Мне нельзя об этом говорить, Мэгги.

Я снова толкнула его.

Он вздохнул.

– Хорошо, но ты должна пообещать, что никому не скажешь.

Я почесала нос.

Да кому я скажу?

Он засмеялся и два раза постучал меня по носу.

– Я и забыл, что разговариваю с единственной девушкой на свете, которая прекрасно умеет хранить секреты. Моя мама сказала, что у миссис Бун проблемы с памятью. В прошлые выходные она бродила по округе, и, когда мама нашла ее, она не до конца понимала, где находится. Мама сказала, что, возможно, у нее ранняя стадия болезни Альцгеймера. Она хотела, чтобы миссис Бун прошла медосмотр.

И что в итоге?

Он нахмурился.

– Ты же знаешь миссис Б.

Она довольно упряма – мягко скажем. Она сказала, что все в порядке и что она не хочет, чтобы кто-то совал нос в ее дела.

Мысль о том, что миссис Бун может быть серьезно больна, сильно меня обеспокоила. Да, я ее ненавижу, но я так ее люблю. И от одной только мысли о том, что с ней что-то может случиться, к горлу подкатывала волна тошноты.

Я начала было писать Бруксу ответ, но он не дал мне закончить.

– Погоди, у меня для тебя кое-что есть. Для нас. – Он снял рюкзак, расстегнул его и вытащил огромную маркерную доску с новой пачкой маркеров.

 – Я подумал, так будет проще. К тому же мы больше не будем переводить столько бумаги. А если у нас когда-нибудь появятся секреты, не нужно будет обсуждать их вслух и можно будет легко уничтожить улики.

Я улыбнулась.

Он улыбнулся.

Я взяла маркер и начала было писать, но прежде, чем я успела вывести хоть слово, он сказал:

– Сегодня мы расстались с Лейси.

Мой рот открылся от удивления.