Огонь, что горит в нас

Потому что я знал, что только из-за него она умолкла. Только из-за него огонь у нее внутри погас.

«Мама, вернись ко мне».

Когда я потерял ее? Неужели она исчезла навсегда?

Если бы у меня была машина времени, я вернулся бы в прошлое и исправил бы ту ошибку, которая заставила ее стать такой, какой она стала. Я направил бы ее вправо, а не влево. Я упросил бы ее не пробовать наркоту. Я напомнил бы ей, что она прекрасна, пусть даже какой-то мужчина сказал обратное. Я исцелил бы ее сердце, так сильно израненное.

Я ушел в свою комнату и попытался стереть из памяти все воспоминания о своем отце, но они упорно возвращались обратно, так сильно всколыхнул их его визит. Вся моя ненависть, вся моя злость, вся моя боль. Это все хлынуло в мой мозг, наполнив мою голову громким гулом, который я никак не мог унять.

«Ты скопытишься к двадцати пяти годам».

В моей душе царила паника, вокруг глаза пульсировала боль, и я едва не позволил демонам завладеть мною. Они дразнили меня, причиняли мне боль, медленно отравляли мой разум.

В тот вечер я хотел выиграть. Я хотел быть сильным – но не был. Я никогда не был достаточно сильным и никогда не буду.

«Просто сдайся. Ты все равно скопытишься к двадцати пяти годам».

Я сделал глубокий вдох, мои руки дрожали. Еще один вдох, мое сердце разрывалось. Еще один вдох, и я сделал единственное, что мог сделать.

Я открыл ящик тумбочки, готовый впустить тьму в себя, готовый уйти прочь от света – но тут мой телефон звякнул.

Алисса: Что ты делаешь?

Алисса написала мне именно тогда, когда мне это было нужно, хотя я был обижен, что она ждала почти до полуночи, чтобы написать мне. С днем рождения меня поздравил только Келлан, и он же угостил меня обедом. Отец подарил мне только синяк под глазом, а мама – только разочарование.

Но я рассчитывал на Алиссу. Она была моим лучшим другом, и за весь день она не сказала мне ни слова.

Я: Лежу в кровати.

Алисса: Ясно.

Кружочки.

Алисса: Спускайся вниз.

Приняв сидячее положение, я перечитал ее сообщение. Потом поспешно надел теннисные туфли, темные очки, красную толстовку и высочил из квартиры. Алисса сидела в машине, припаркованной прямо у подъезда, и улыбалась мне. Я окинул взглядом улицу, где люди пили и курили.

«Боже, как же я ненавижу, когда ты приезжаешь сюда. Особенно по ночам».