Этюд в тонах Шарлотты

 – В библиотеке у него статус «утерян». И, поскольку сейчас книга у полиции, изучить ее у меня не получится.

– А враги? Давай вспомним врагов Добсона.

– А, ну давай. Записывай туда всю женскую половину нашей школы. – Ее глаза потемнели. – Хотя, судя по моим прошлогодним данным, я единственная, кто имел с ним проблемы.

Я сглотнул.

– Тогда, может, начнем с наших врагов?

– У тебя их нет.

– У меня есть бывшие девушки, – начал перечислять я. – Из Англии. Из Америки. Из Шотландии – Фионе пошел бы клетчатый чемоданчик с ядами… – По правде говоря, Фиона была способна максимум порвать со мной на глазах у всего класса.

Холмс подняла брови.

– Нет, – сказала она и выдохнула.

Мне очень хотелось вырвать сигарету у нее из рук и раздавить ботинком об пол, но я сдержался.

– Я толком не сплю, – сказал я ей, – от страха, что на очереди либо ты, либо я, либо какая-нибудь несчастная буфетчица, которая и вовсе не виновата, что мы с тобой перешли дорожку фанату загадочных убийств.

Может, все-таки поможешь мне, а?

Она сосредоточенно сощурилась.

– Маркиз Абергавенни, – сказала она наконец. – Я подожгла его конюшню, когда мне было девять.

– Хорошо, – сказал я и, понизив голос, добавил: – Можешь сказать по буквам?

Она проигнорировала меня.

– Наверное, можешь добавить к списку химика Кристофа Демаршелье. Который француз, а не датчанин. Ну и графиню ван Ландингем – я никогда ей не нравилась. Майло ей тоже не нравился, если уж на то пошло, так ведь он разбил ей сердце.

А еще директриса школы Инсбрук в Люцерне, я постоянно обыгрывала ее в шахматы, и чемпион по настольному теннису Квентин Уайлд. Думаю, его товарищей по команде Бэзила и Томма тоже можешь записать. Томм с двойным «м», конечно же. А вот фамилий не помню. Странно.

– И это все? Или, может, есть еще несколько пэров или членов Парламента? Ну или парочка коронованных особ, нет?

Сделав глубокую затяжку, она закашлялась, а когда смогла нормально говорить, то добавила:

– А, есть еще Август Мориарти.

 – Как будто не знала, что это имя должно было прозвучать в первую очередь.

– Ты вообще о чем думала, – медленно произнес я, – когда наживала себе врага Мориарти?

Профессор Джеймс Мориарти был главным противником Шерлока Холмса. В каком-то смысле он был равен самому Великому Детективу. Мориарти стал величайшим криминальным гением Лондона; он погиб в схватке с Шерлоком Холмсом у Рейхенбахского водопада в Швейцарии.