Проклятие одиночества и тьмы

Рэн направляется к лестнице. Я вскакиваю с кресла и следую за ним.

– Рэн, постой. Погоди.

Он останавливается, но не смотрит на меня.

– Пожалуйста, не сбегайте от нас снова, миледи, или хотя бы дайте мне сперва немного поспать.

– Что только что произошло?

– Вы хотели ответов. Вы их получили.

Я чувствую себя так, будто знаю еще меньше, чем раньше.

– Так это правда? – Я понижаю голос. – Твой отец действительно прячет свою семью в безопасном месте, пока какое-то лютое чудовище убивает людей?

– Не говорите ерунды.

 – Рэн решает все-таки посмотреть на меня. – Конечно, нет.

Я задерживаю дыхание и изучающе смотрю на него, чувствуя, что все не так просто.

Рэн кладет ладонь мне на руки и наклоняется поближе. Он говорит низким и тихим голосом, чтобы его могла услышать только я:

– Мой отец мертв, миледи. Вся моя семья мертва. – Он отстраняется и встречается со мной взглядом; его голос не меняется, когда он добавляет: – Чудовище убило их всех.

Глава 11

Харпер

Со временем напряжение в доме уступает место изнеможению, и все приходит к тому, что тишина нарушается только воем ветра за окном и потрескиванием камина в гостиной.

Задняя часть трактира разделена на три спальни наверху, кухню, столовую и покои владельцев на главном уровне. Фрея и дети заняли две спальни наверху.

Рэн предложил мне третью, но у меня не было желания оказаться снова запертой, поэтому я посоветовала ему и Грею занять ее.

Коул и Эвелин попробовали предоставить мне их спальню на ночь, но я не хочу вытеснять их из собственной кровати и заставлять спать на конюшне, как упомянул Коул, когда мы только прибыли.

Вместо этого я устроилась в гостиной в мягком кресле с толстым вязаным пледом, который мне дала хозяйка трактира.

Когда Эвелин и Коул уходят к себе в комнату, расположенную за кухней, я улавливаю такие слова, как «переговоры» и «королевская свадьба», и это заставляет меня вздохнуть. Сегодняшний день, очевидно, меня абсолютно вымотал, потому что я засыпаю и сплю до тех пор, пока громкие щелчки и хлопки не будят меня.

Грей стоит перед очагом, подбрасывая дрова в огонь. В глазах у меня словно песок. Свечи потушили, когда все отправились по кроватям, поэтому единственным источником света в комнате остался камин. Лицо Грея скрыто в тени, но я вижу, что он полностью одет и вооружен.

– Что случилось? – шепотом спрашиваю я.

– Огонь практически погас, миледи, – отвечает он так же тихо.

– Нет, я не об этом.