Всадник

– Я сегодня видел Нессиоти, он восседал по правую руку от Акиннаеза и все что-то нашептывал ему на ухо… а тот только делал хмурый взгляд и кивал в ответ. Этот предсказатель внушил Акиннаезу, если мы не пойдем авангардом, то все его войско падет у стен Антерола. Он хочет всю нашу семью погубить. Так и хочется свернуть ему шею. Я не верю, что он брат нам , – гневно выпалил Араме, сжав медный кубок с вином.

– Так, Акиннаез ждал нас не для мести, выходит, – усмехнулся Скилур.

– Он не захотел богов гневить.

– А меня спросить не надо было?! – выпалил Скилур.

– Акиннаез уже давно все за всех решил или Нессиоти, кто их знает, – махнул рукой Араме и допил остатки вина из смятого кубка.

– Но до этой свадьбы ещё дожить надо, впереди тяжелый бой, мы потеряем как минимум половину всадников. Мазсе, ты останешься в лагере.

– И не подумаю! Как я потом буду в глаза вам смотреть? Я проделал этот путь не для того, чтобы отсидеться в лагере.

Араме ничего не ответил, а только махнул рукой.

– Убирайтесь отсюда, оба! – скомандовал Араме.

Братья вышли, Скилур одернул Мазсе за плечо и сказал:

– Ночью, когда мы будем набиваться в башни, не занимай первых шеренг, все, кто рвутся сразу в бой, всегда погибают, держись меня, далеко не уходи, мне будет тяжело сражаться и искать тебя, чтобы спасти.

– Если ты дерешься, так же как и в поединке со мной, то тогда тебе придется постараться, чтобы не отстать от меня, ведь мне точно будет некогда спасать тебя, брат, – съязвил Мазсе, вывернувшись из-под руки Скилура.

Когда Мазсе уже не было видно в темноте, Скилур посмотрел на небо и прошептал, так тихо, будто бы боялся, что его кто-то услышит:

– Помоги нам Всадник. Защити нас. Не дай матери схоронить ещё сыновей в этот день.

Глава 2

Раскаты грома сотрясали землю. Воины смотрели на небо в ожидании дождя, но Великий Всадник молчал.

– Не лезь на рожон, держись меня, – звучал голос Скилура в голове у Мазсе.

Сердце колотилось с бешеной скоростью, ноги казались ватными.

– Страх перед битвой – это хорошо, – говорил отец, – именно благодаря ему, мы живы, – говорил отец, – главное не дать перерасти ему в панику. Из-за неё мы гибнем.