Проект «Немезида»

Не удовлетворяло его. Молить о пощаде мне тоже приходилось, и я давно поняла – это столь же бесполезно.

Теперь я просто хотела получить ответ.

– За что? – нечленораздельно булькнула я кровью. Жидкость, горячая, липкая, заполняла рот и гортань. Дыра в груди горела, как будто туда сунули кусок солнечной материи.

Я знала, что ответа не будет. Ужасно медленно, напрягая все оставшиеся тающие силы, я подняла левую руку и, раскачивая ею так, что она напоминала иву на штормовом ветру, согнула в локте. Затем осторожно разогнула указательный палец и ткнула им в его ничего не выражающее, словно высеченное из камня лицо.

– Проваливай к чертям, – прошептала я, захлебываясь собственной кровью.

– Я уже давно с ними.

…Оглушительный звук выстрела, сразу за ним – второй.

Последние судороги. И все. Пустота.

Привет, смерть, вот и я. Давно не виделись.

Тьма окутала меня.

Часть первая. Мин

1

Понедельник, 18 сентября 2017 года

Мои веки дрогнули.

И еще раз.

Еще, еще и еще.

Над головой мелькали птицы, словно пытаясь бороться с восходящими потоками воздуха. Шумно втянув носом воздух, я уловила в общем непередаваемом букете вечнозеленых деревьев запахи черники и можжевельника. Сосновые иглы кололи мне спину.

Гортань заполнял кисловатый металлический привкус, словно я сосала монетки.

Боли – никакой. Никаких следов от ушибов. И ни печали, ни гнева…

Я ничего не чувствовала. Ровным счетом ничего. Разве что чуть тянуло в районе шрама на левом плече.

Все в точности как в прошлый раз. И как в позапрошлый. И во всех остальных.

Я лежала на лесной опушке. Той самой опушке, конечно, – скрытой от посторонних глаз плотным строем длиннохвойных сосен. Лежала на каменистом неровном склоне холма к северу от моего родного крошечного городка в штате Айдахо. Взглянув на небо, я убедилась, что сейчас раннее утро, но утро не того дня, что начинался раньше.

Вполне понимая всю бессмысленность этого занятия, я постаралась припомнить, как могла сюда попасть.

Совершенно никаких зацепок, даже в самых потаенных глубинах памяти. Никаких сколь угодно туманных ощущений. Пустота. И в то же время перед внутренним взором – никакого «света в конце тоннеля», никакого чувства невесомости, полета или вознесения через облака к месту вечного упокоения, которое никак для меня не наступит.

Так случалось каждый раз. Я чувствовала страшную боль, умирала, а потом просыпалась.

Просыпалась здесь. Именно здесь. На этом месте.