Не от мира сего

Кузнец показал ученику кулак, вздохнул и, сходив в кузню, тоже вытащил маленький клинок. Это был белый метательный нож, «финка».

– За рыцаря, – сказал он по политическим, так сказать, соображениям. Богатому клиенту надо угодить, глядишь – и выгодный заказ перепадет. – От всей нашей организации.

У отца Илейки ничего простого с собой не было, поэтому он со вздохом передал ухмыляющемуся парню свой длинный боевой нож-скрамасакс, с которым старался не расставаться за пределами Вайкойлы.

– И я тоже за него, – кивнул он на хунгара.

– Э, так дело не пойдет! – возмутился подмастерье. – Если мы все за благородного господина, то кому же все это богатство достанется?

Все четверо посмотрели на него, потом взгляд переместился на Илейкиного отца.

– Уж никак не тебе, потомок лисы и куропатки! – сказал он и обреченно махнул рукой. – Ладно, я против всей вашей кодлы.

Подмастерье еще что-то радостно говорил, но на него уже никто не обращал внимание.

Рыцарь несколько раз подбросил железяку в руке так, что она совершила в воздухе полный оборот, словно примериваясь к ее весу.

Потом развел локти в стороны, ухватившись за концы полосы, причем уперев один локоть в слегка согнутое колено. Кузнец подмигнул отцу, тот же никак не отреагировал, только в душе дал обещание отловить поганого подмастерье, и вытряхнуть из него всю его гнилую сущность.

Хунгар резко напрягся, вздрогнув от этого всем телом и шумно выдохнул, казалось, весь воздух из легких. Все наблюдатели одновременно прищурили глаза, словно сопереживая.

Да так оно и было – каждый напружился, склонил голову и сжал руки в кулаки.

Еще немного, и дорогое платье иноземца лопнуло бы от сделавшихся камнями мышц, которым тесно в одежде. Отец Илейки даже губу прикусил.

Это длилось всего несколько ударов сердца, рыцарь начал, согнувшись в три погибели, как бы проворачиваться вокруг своей оси, все время неслышно вздыхая и резко выдыхая. Никто не мог видеть, что у него получается.

А не получилось ничего. Не согнулась подлая железка. Только согрелась в руках.

– Да не может такого быть! – одновременно выдали пять глоток.

Мимо пролетела ворона средних размеров, уже не птенец, но еще не взрослая.

– Может! – каркнула она и скрылась в кустах от греха подальше.

– Может! – повторил отец Илейки.

– Может! – обрадованно закричал подмастерье.

– Может, – вздохнул рыцарь.

– Не может быть, – почесал в затылке кузнец.