Не от мира сего

 Стефан в Олонецком крае

День был не торговый, но все равно под крепостными стенами Олонца собралось достаточно много всякого народу. Никто просто так не болтался, у всех были какие-то свои неотложные дела. Около стоявшей наособицу кузницы отец Илейки невольно устроил маленькое представление. Несколько человек: поочередно оба подмастерья, кузнец, потом и сам хозяин разогнутых подков – старались выгнуть прямые полосы, бывшие некогда формою под лошадиные копыта.

Мастеровые люди очень рассердились – их-то сила была общепринятым эталоном человеческой мощи.

– Олле-лукойе, – кипятился кузнец. – Да никто не сможет такое учинить, если уж и мне не удалось.

– Это точно, – посмеивался отец. – Никто. Только парень-малолетка.

– Ты кого слабаком называешь? – насупились оба подмастерья, мышцы у каждого превратились в бугры, готовые разорвать рубаху по всем швам.

– Себя, себя, – примирительно махал руками отец. Он, в который уже раз, сам попытался загнуть непокорные железяки.

В очередной раз бросив непокорные стальные полосы под ноги, утирал пот рукавом.

– Так что делать-то будем? – спросил кузнец.

– Как чего? – удивился отец. – Снова подковы. Отпусти в горниле, да выгни обратно. У меня лошадь одна, она, так подозреваю, на таких коньках ходить не сможет.

– Погоди, – вдруг раздался голос подходившего к ним человека. Вообще-то это был не просто человек, это был настоящий рыцарь, да, к тому же обладающий отменным слухом. – Дай-ка я попробую.

Говорил он с акцентом, но вполне понятно. Кузнец, повидавший на своем веку множество самого разнообразного народа, безошибочно определил в нем хунгара: языки схожи, но исковерканы по отношению друг к другу практически до неузнаваемости. Этот хунгар старался говорить по-ливонски.

Отец протянул ему одну из поднятых с земли полос.

– Э, – вдруг подал голос один из подмастерьев. – Так неинтересно. Давай биться об заклад.

Ему, вообще-то, никто слова не давал, поэтому, если бы рыцарь зарядил парню с ноги в голову, или кулаком в живот, никто бы не удивился и не возмутился.

– Давай, – внезапно согласился хунгар, усмехнулся и отцепил с пояса маленький острый нож, какой в быту незаменим. Он его протянул ручкой вперед ушлому подмастерье.