Приз

В действительности он мог поплыть к берегам Ирландии в любое время.

– Ты странный человек, – сказал Тайрелл. – И я не единственный, кто беспокоится о тебе.

– Передай маме, что со мной все в порядке. Я захватил американское торговое судно, наполненное золотом для берберийского принца – выкуп за их заложников, – промолвил Девлин. – С моей долей добычи я бы сам мог выкупить одного или двух заложников.

– Ты должен сказать ей это сам, – твердо заявил Тайрелл.

Девлин отвернулся. Ему ужасно недоставало Аскитона, но за прошедшие годы он понял, что должен избегать своего дома любой ценой.

Спустя несколько часов Тайрелл отправился в городской дом Эдера в Мейфере.[17 - Мейфер – фешенебельный район в центре Лондона.] Девлин, приятно расслабившийся от вина, поднимался наверх. Личные апартаменты Девлина занимали целое крыло на втором этаже. Комнаты были переполнены вазами и произведениями искусства, в одной из них стояло фортепиано, на котором никогда не играли, но ни один предмет – за исключением книг – не доставлял ему удовольствия.

Горничная встретила Девлина на пороге его спальни. Это была хорошенькая девушка с каштановыми волосами и светлой кожей, и Девлин на мгновение задумался о том, не следует ли пригласить ее в постель. Но она при виде его покраснела и скользнула мимо по коридору.

Глядя ей вслед, Девлин удивился столь быстрому отступлению.

Войдя в спальню, он все понял.

Белокурая «Венера» возлежала на его огромной кровати. Прозрачное нижнее белье демонстрировало полные вздымающиеся груди с большими темными сосками, округлые бедра и темнеющий треугольник внизу живота.

Элизабет Синклер Хьюз улыбнулась ему:

– Я получила твое сообщение и приехала как только смогла.

Она принадлежала его смертельному врагу, которого он медленно, но верно губил своей местью, и при этом возбуждала его, как никакая другая женщина.

Зеленые глаза Элизабет устремились на его пах.

– Вы нуждаетесь во внимании, капитан, – промурлыкала она.

Девлин двинулся вперед, снимая на ходу рубашку. Его захлестнула похоть – дикая и неконтролируемая. Вспрыгнув на кровать, Девлин уложил Элизабет, расстегнул бриджи и ввел в нее свою массивную затвердевшую плоть.

Элизабет стонала от наслаждения.