Невероятное влечение

– Ого! – потрясенный, только и сказал он.

Тело Стивена напряглось, приготовившись встретить удар. Но стоило Алексею сжать кулак, как Нед вскочил с места и поспешил встать между двумя разъяренными кузенами.

– Алекси, одумайся, не можешь же ты ударить его светлость!

– Ах, его светлость, эта задница, черт меня дери! Почему не могу? Я бил его сотни раз! – гневно воззрился на Неда Алексей.

– Стивен это заслужил, – поддержал Джек, одобрительно усмехаясь. – Он действительно оскорбил Элис – как известно, мою единственную сестру.

Джек подмигнул двум спорщикам, явно предвкушая кулачный бой.

– Давай же, вперед, ударь меня, – бесстрастно произнес Стивен. – Обещаю, я не буду бить тебя в ответ.

Но Алексей слишком хорошо знал своего кузена.

– Ты не нанесешь мне ответный удар, потому что знаешь: в ударах наотмашь я возьму верх.

Глаза Стивена изумленно выкатились.

– Я хочу сделать ставки, – объявил Джек. – Кто-нибудь присоединится?

Он вопросительно взглянул на Чарльза и Рандольфа.

– До драки не дойдет, никто не будет никого бить, – постановил Нед. – По крайней мере, не за этим столом.

Он немного помедлил, давая страстям утихнуть, а потом небрежно спросил:

– Так ты действительно рассматриваешь Энн Синклер в качестве невесты? В этом все дело?

– Нет, ни в коем случае, – твердо ответил Стивен. – И я действительно понятия не имею, что так задело Алекси сегодня вечером. Понятно, что, если однажды я решу жениться, обязательно выберу юную дебютантку.

Алексей улыбнулся, к нему тут же вернулось хорошее настроение.

– Я знаю, что ты ее любишь. Но ты – все еще болван. Ты уже рассмотрел сотню кандидатур самых разных дебютанток. Впрочем, это не твоя вина, это все Том! В конечном итоге, ты будешь подражать ему, влача существование, которое презираешь, в золотой одинокой клетке.

Нед примирительно сжал плечо Алексея.

– Он же принес свои извинения. Давайте закроем эту тему.

Стивен скрестил руки на груди, пристально глядя на кузенов. Ах, как же он надеялся, что Алексей ошибается! Теперь Стивен ясно вспомнил, как еще мальчиком его лучший друг считал Клервуд холодным и одиноким местом.

– В золотой клетке? Теперь ты стал поэтом! – бросил он, стараясь сдержать вновь нарастающее раздражение.

– Правда может больно ранить. – Алексей безразлично пожал плечами.