Пепел Нетесаного трона. На руинах империи

– Тонкое наблюдение, – кивнул историк. – Я провел некоторое… значительное время в ордене, родственном ордену Кадена.

– Странное место для историка – на окраине всего на свете.

– Центр определяется расположением краев.

– Как эту хрень ни понимай.

Киль рассмеялся. Самым обыкновенным смехом, какой можно услышать на любой аннурской улице, совершенно непримечательным, совершенно незапоминающимся. Только к обычному смеху прилагается запах, целый ряд запахов: едкий – от насмешки, сладковатый – от волнения, простой дубленый запах подлинной безудержной радости… Запах историка походил на запах книги.

Он кивнул и указал на развернутую перед Адер карту.

– Возьмем этих кеттралов. Хоть они и находятся на краю света, но в состоянии изменить все.

– Предполагаемых кеттралов, – напомнила Гвенна. – Кеттралов, от которых, по всей вероятности, остались одни кости, да и те окаменелые. Если все они давным-давно не мигрировали на север…

Она кинулась навстречу факту, как человек, бегущий в ночи, летит прямиком на каменную стену.

– Он ошибается, – сказала Гвенна, на что Адер царственно повела бровью. – Ошибка в книге, или в переводе, или в этой сраной карте.

– Карта, – мягко вставил Киль, – точна.

– Может, да, а может, и нет. Я знаю одно – кто-то ошибся. Птицы прилетели не с какого-то там горного хребта на юге Менкидока. Не могли, даже случайно. Они не способны пересечь экватор, так же как не способны пролететь над полюсами. Даже на пятьсот миль подлететь не сумели бы. На экваторе слишком жарко.

Поняв это, она взъярилась. Не будет кеттралов – не будет вылетов. Не будет вылетов – ей ничего не остается, как покончить со всем: выйти из дворца…

– Не птицы, – хладнокровно прервал ее мысли историк, – а яйца. Кшештрим, составивший этот трактат, привез сотни яиц.

У Гвенны дернулись пальцы. Она стиснула кулак.

– Зачем?

– Чтобы изучить.

– Зачем?

– Они для этого живут. Жили, – сухо поправил себя историк.

– И от тех яиц пошли все кеттралы северного полушария?

Он кивнул.

Гвенна глубоко вдохнула, надолго задержала воздух и, отдуваясь, перевела взгляд на Адер.

– И туда вы меня отправляете?

Император кивнула.

– После того, что я напорола в Домбанге. После того, как потеряла птицу и половину крыла.

Еще один кивок.

Гвенна таращилась на нее, не в силах подобрать подходящего слова, и наконец выдавила:

– Почему?

– Вы знаете птиц. Места, где они гнездятся. Их повадки.