Хроники Нетесаного трона. Последние узы смерти

– Не обо мне речь.

– Кроме тебя, здесь никого нет.

– Привыкай держать лицо, Адер, – сказал кенаранг. – Всегда.

Она открыла рот, чтобы возразить, но он уже поднял руку:

– Я не ссориться пришел. Я здесь потому, что это наш шанс.

– Шанс на что? Отдать все, чего я добилась за эти девять месяцев? Позволить этим тупицам сгубить все, что осталось от Аннура?

– Аннур я и пытаюсь спасти, – вдруг посерьезнев, проговорил ил Торнья. – Мне нужно, чтобы ты вернулась. Залечила раскол между империей и республикой.

Адер свела брови.

– Ты проигрываешь, – поняла она.

Кенаранг кивнул и тут же пожал плечами:

– Даже гений не всесилен. Мои войска растянуты жиже вчерашнего дыма. Ургулы превосходят нас числом, за них воюет эмоциональный лич, а во главе их бог.

– Ты еще веришь, что Длинный Кулак – это Мешкент? – спросила Адер, в сотый раз пытаясь уложить в голове эту мысль и в сотый раз не справляясь.

– Более, чем когда-либо.

– Откуда ты знаешь? Объясни.

– Ты не поймешь.

– А ты попробуй, – сдержав обиду, проговорила Адер.

Кенаранг развел руками:

– Его атаки… их рисунок, их ритм. – Он встал и шагнул к карте. – Он наносит удары здесь и здесь строго одновременно. А потом, полдня спустя, здесь, здесь и здесь. Все это время другой отряд несется на запад, чтобы оказаться у Ирфеского брода точно в момент отступления первого.

Адер разглядывала карту, силясь связать указанные ил Торньей позиции.

– Человеческий мозг для такого непригоден.

Она уставилась на горы и реки, на леса, на стрелки, обозначающие войска и позиции, заставляя себя увидеть общее в этих атаках.

– Он действует с умом? – спросила она.

– Не сказал бы, – пожал плечами кенаранг.

Адер едва сдержалась, чтобы не зарычать:

– Тогда что же?

– Он действует… не по-человечески.

– Люди все разные, – покачала головой Адер. – Не существует единой «человеческой» стратегии. Сто генералов примут сто разных решений.

– Нет, не примут. – Ил Торнья широко, светло улыбнулся ей. – Ты иногда забываешь, Адер, что я сражался против тысяч человеческих военачальников. Против двух тысяч двух, если тебе нужно точное число. Вам хочется считать себя уникальными, отличными от всех, кто был до вас, но это не так.