Прекрасная мстительница

С семнадцати лет она знала, что из-за редкого генетического заболевания ей не следует иметь детей. Это заболевание стоило жизни ее сестре-близнецу и еще двум детям в ее семье. Из-за этого идея брака представлялась еще более пугающей. Разумеется, был шанс, что она встретит человека, которого не отпугнет ее проблема, и он согласится усыновить ребенка. Но и в этом случае ее всю жизнь будет угнетать мысль о собственных генах, несущих смерть.

Конечно, ей не следовало пытаться организовать свою свадьбу так, будто о браке по расчету и речь не шла.

Эта свадьба открыла ящик Пандоры, подняв волну желаний и стремлений, о которых, как ей казалось, она уже давно забыла. Ей бы хватило обычной регистрации безо всяких церемоний: ни забот, ни эмоций.

Изобразив на лице улыбку, она двинулась вдоль гудящей кухни, помахав рукой шеф-повару Жерому, парижанину, обладателю двух мишленовских звезд. Жером разработал меню в соответствии с ее желаниями. Он взглянул на нее со смесью гнева и сочувствия, хотя и знал, что она по собственной воле продала уже готовую церемонию паре, стремившейся пожениться как можно скорее из-за незапланированной беременности.

В душе у Евы кольнуло при мысли о том, что эта юная невеста не только радуется прекрасной свадьбе с любимым, но еще и беременна. Она не хотела впадать в жалость к себе из-за того, что ей не суждено материнство, тогда как другие женщины беременеют безо всяких проблем.

Продолжая заученно улыбаться, Ева еще раз бегло просмотрела меню вместе с Жеромом – все шло по плану, без затруднений.

Эта свадьба получалась воистину идеальной. Ева выразила дежурное восхищение горой изысканных кексов, украшением которых как раз занимался Жером. Она обожала их, но, увы, не могла себе позволить, – она ускользнула обратно в зал.

Мысль о предложении Кайла не давала ей покоя.

Она невидящим взглядом смотрела на белоснежные полотняные скатерти, искрящиеся хрустальные люстры, бесчисленные букеты белых роз. Она не понимала, почему разговор с Кайлом отозвался в ней такой же болью, как ее отвергнутая первая любовь в семнадцать лет.

Как будто она по-прежнему хотела его.

Когда в зале начали собираться гости, она достала из сумки очки и водрузила их на нос. Линзы были из простых стекол, – тяжелая черная оправа нужна была лишь для того, чтобы не привлекать к себе нежелательного внимания.

По-прежнему заученно улыбаясь, она наскоро осмотрела зал, который она и ее помощница Ясинта украсили ранее.