Так не бывает, или Хрен знат

На смоле под погрузкой стояли четыре машины. Казалось бы, пятница – ан нет, все что-то в нашем городе строят. Я же доставал из колодца утонувшие вёдра и думал о завтрашнем дне. Угостить Бабку Филониху пломбиром за 18 копеек или ей жирно будет? С одной стороны, моряк, пусть и бывший, должен держать марку, а с другой? Сорок рублей пенсии на троих. Можно, конечно, прожить, если без шоковой терапии, но экономить надо. Да и шиковать я привык только на свои.

Перед смертью, говорят, не надышишься. За оставшиеся четыре дня столько надо успеть, что голова кругом! Тем не менее в эту минуту мне хотелось пришпорить время.

Пусть или дед скорее проснётся, или очередь за смолой рассосётся сама собой.

Чтобы хоть чем-то занять себя и оказаться поближе к центру событий, я решил подпушить на островке картошку. С момента моего появления в прошлом с неба не упало ни капли дождя, и почва в рядках покрылась плотною коркой. Я взял бабушкину тяпку, перекинул через протоку сходню и взялся за дело.

Плескалась река, журчала на перекатах.

Радужные крылья стрекоз трепетали в зарослях ивняка. На песчаную отмель зачем-то садились пчёлы. Всё казалось незыблемым, настоящим. Так было, так есть и так будет всегда.

Тяпка была немного тяжеловатой, но я ещё в детстве умел работать с обеих рук, поэтому почти не устал. Мне оставалось пройти всего четыре рядка. Я настолько увлёкся, что не сразу расслышал, как кто-то меня окликает.

– Привет, говорю, Кулибин!

Это были мужики со смолы. Войдя по колено в воду, они смывали пот и потёки грязи метрах в трёх от меня.

– И вам не хворать! – поздоровался я, пряча тяпку между рядков.

– Что не заходишь? – спросил дядька Петро. – Плитку делать ещё не передумал?

Нет, кое в чём я всё-таки изменился в худшую сторону. Куда-то исчезла сдержанная немногословность солидного человека. Сквозь поры моей души проступил хвастливый пацан. Я выложил в подробностях всё о действующей модели электротрамбовки: где взял, что сделал, как подключил.

Не упустил даже, что дедушка спит и поэтому я её ещё не успел испытать.

– Неси, – прервал мои словеса Василий Кузьмич, – покумекаем вместе.

Я пулей понёсся к сараю, забыв о ещё не окученной картошке.

Бабушка стояла возле колодца, разговаривала с сестрой. Она ловко перехватила меня на ходу, заправила рубашку в штаны и строго спросила:

– Ты тяпку мою не видел?

– Там она, на островке, – скороговоркой выпалил я, пританцовывая от нетерпения.